# Компьютерра PDA N231 (30.03.2013-05.04.2013)

Компьютерра

ОГЛАВЛЕНИЕ

Дмитрий Шабанов: Эволюция эволюции: от генетического наследования к интратехнической репликации т-мемов

Василий Щепетнёв: Выбор реальности, или Поиски вероятности Андреем Януарьевичем Вышинским

Сергей Голубицкий: Amazon S3, паролемания и современная интерпретация метафоры Неуловимого Джо

Сергей Голубицкий: Голубятня: Как создать собственный облачный сервис, не зависящий от жадных тарифов

Дмитрий Вибе: Астрономам никак не надоест шутить

Сергей Голубицкий: Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

Михаил Ваннах: Реджинальд Дживс цифровой эпохи: Как мы станем жить, когда обслуживающие нас вещи станут образованней и сообразительней нас

Сергей Голубицкий: Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

Сергей Голубицкий: Hewlett-Packard, Билл Шоп, Козьма Прутков и автомобили Fisker Karma

Сергей Голубицкий: Хоббит: Нежданное путешествие Питера Джексона в окопную травму Первой мировой войны

Сергей Голубицкий: Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

## Эволюция эволюции: от генетического наследования к интратехнической репликации т-мемов

Автор: Дмитрий Шабанов

30 марта 2013

<p

Человек – не статический центр мира, как он долго полагал, а ось и вершина эволюции, что много прекраснее.

Пьер Тейяр де Шарден

В этой колонке я попытаюсь систематизировать свои представления по вопросу, в котором, насколько мне известно, устоявшиеся взгляды ещё не выработаны. Слова будут попадаться страшные (как в заголовке), но я изо всех сил попытаюсь всё разъяснить.

Главная идея состоит в том, что внутри эволюционирующей биосферы преимущество получают те ветви древа жизни, которые оказываются способными вырабатывать необходимые им приспособления быстрее других, то есть выигрывают у своих конкурентов благодаря способности к более быстрой эволюции. Это ускорение обеспечивается освоением всё новых и новых механизмов наследования. Некоторые из них нам известны; некоторые, возможно, ещё нет. Специфика эволюции нашего вида укладывается в общую картину эволюции эволюции, и при этом, в полном согласии с Тейяром, мы оказываемся на самом острие этого процесса.

Меня убедила идея Блэкмор (описанная в позапозапрошлой колонке) разделять типичные мемы, как единицы культурного наследования, передаваемые из одной головы в другую, и т-мемы, репликаторы более высокого уровня, использующие иные средства передачи. Стал я думать о том, как описать эти репликаторы с точки зрения организмов (помните решётку на рисунке в позапрошлой колонке?) и пришёл к выводу, что мы имеем дело с несколькими этапами эволюции и несколькими механизмами наследования. Давайте объясню подробнее.

Вот схема, на которой показаны главные пути передачи информации, типичные для представителей высокоорганизованных групп живых существ. Когда-то я рисовал нечто подобное, но сейчас, как кажется, показал нужные вещи чуть менее запутанно.

Пути передачи информации, обеспечивающие биологическую эволюцию. Фенотип+, результат индивидуального развития, раз за разом проверяется на соответствие среде

На схеме показаны два поколения (и передача наследственной информации к третьему). В жёлтых прямоугольниках — развитие организмов, показанное фиолетовой стрелкой. Можно сказать, что генотип (совокупность генетической информации, то есть информации, заданной последовательностью мономеров в полимерных цепочках нуклеиновых кислот) влияет на формирование фенотипа (совокупности признаков организма) в ходе онтогенеза (индивидуального развития). С вашего разрешения, я буду писать о «генотипе+», «онтогенезе+» и «фенотипе+», чтобы показать, что трактую эти понятия в широком смысле. К примеру, хотя пространственная организация яйцеклетки не является частью генотипа в узком смысле этого слова, тем не менее она относится к числу важных наследственных (передаваемых следующим поколениям) задатков. При строгой трактовке понятия «онтогенез» в него, наверное, не нужно включать выработку условных рефлексов, а говоря о фенотипе, обычно не включают в его состав жизненный опыт. Я же хочу употреблять эти понятия максимально широко.

Как вы поняли, я здесь рассматриваю поведенческие признаки как такую же часть фенотипа+, как и признаки, связанные с морфологией (строением) или физиологией (функциями).

Да, но на фенотип+, конечно, влияет и среда. Красной стрелкой на схеме показано определённое действие среды, на которое фенотип+ отвечает закономерным образом, а серыми пунктирами показан шум, источник случайности. Шум имеет как внешнее для организма, так и внутреннее происхождение.

Каждый из показанных путей передачи информации является результатом длительной предшествовавшей эволюции, следствием отбора тех или иных репликаторов (автокаталитических реакций, генов, организмов…). Механизмы управления развитием в соответствии с наследственными задатками (фиолетовая стрелка) — результат отбора на повышение устойчивости передачи врождённых адаптивных признаков. Чем устойчивее (несмотря на информационный шум) будет воспроизводиться норма, отобранная в ряду прошлых поколений, тем больше шансов у организма передать свои наследственные задатки потомству.

Когда задача помехоустойчивого развития решена, шансы организма на выживание и размножение может повысить его способность подстраиваться под конкретные  условия среды, в которых ему выпало развиваться. Классическим примером является разница между сосной, которая выросла на открытом месте, и такой же сосной, которая развивалась в густом лесу. А знаете, что происходит, когда мы (представители европеоидной расы) загораем? Наша кожа может реализовывать разные варианты синтеза тёмного пигмента, меланина, в зависимости от количества поступающего ультрафиолетового излучения. Если УФ-лучей мало, кожу нужно сделать для него прозрачной, чтоб обеспечить синтез витамина D; если эти лучи в избытке, от них нужно защищаться, чтобы уменьшить вероятность развития рака кожи. Приведённые примеры — лишь малая часть той информации, которую развивающийся организм получает от среды (красная стрелка). Мы развиваемся в определённых условиях, в определённой гравитации, в среде с требуемым химизмом, вступаем в необходимые для нашего развития взаимодействия (в том числе социальные). Не надо недооценивать путь передачи информации, показанный красной стрелкой!

В своё время казалось, что наследственная информация никак не зависит от результатов развития. Сейчас стало понятно, что высокоразвитые организмы приобрели петлю обратной связи (коричневая такая), которая изменяет характер наследственных задатков в зависимости от фенотипа+. В условиях, когда поколению за поколением приходится реализовывать определённый вариант развития из нескольких возможных, шансы на успех повышает учёт информации о том, какая из альтернатив была востребована предками каждой особи.

Я отлично сознаю, что за обсуждение таких информационных каналов часть читателей попытается наклеить на меня ярлык «ламаркиста». Ну что поделаешь! Эпигенетическое наследование доказано вполне надёжно, хотя конкретные механизмы реализации этого пути передачи информации изучены недостаточно. Известные сейчас механизмы эпигенетического наследования связаны с химической модификацией отдельных мономеров генетического текста. Эта модификация отражается на способе пространственной укладки молекулы ДНК, а значит, и на её активности.

Я предполагаю, что существуют и иные механизмы передачи информации в том же направлении, от фенотипа+ к генотипу+. Возможно, в этом же направлении действуют ещё какие-то механизмы редактирования ДНК (например, включающие передачу информации с молекул РНК). Впрочем, эта тема требует особого разговора…

Фенотип+ взаимодействует со средой. Если среда «одобрит» результат развития (он окажется достаточно приспособленным и ему попросту повезёт), его наследственная информация будет передана следующему поколению. У организмов с половым размножением каждый индивид получает наследственную информацию от двух родителей; на моей схеме это не показано (она и так оказалась достаточно запутанной).

Обратите внимание на два цикла обратных связей. Наследственные задатки влияют на развитие и сами корректируются (эпигенетически и, возможно, как-то ещё) по его итогам. Среда одобряет или отвергает результат развития, который и сам зависит от неё. Эти обратные связи весьма важны для ускорения выработки необходимых приспособлений. Как мне приходилось писать, рассказывая об эпигенетической теории эволюции, для успеха организма в выживании и размножении неважно, на какой основе развились его приспособительные признаки. Однако если среда раз за разом сохраняет носителей каких-то признаков, это будет приводить к повышению устойчивости их развития. Кстати, не запутайтесь: эпигенетическое наследование (ЭН) не в «родстве» с эпигенетической теорией эволюции (ЭТЭ). В случае ЭН слово «эпигенетический» (то есть находящийся над генами) используется для обозначения разметки генетического текста, а ЭТЭ рассматривает систему управления развитием организма, находящуюся «выше» генного уровня.

Механизм передачи информации, показанный на обсуждаемой картинке, и сам по себе является шедевром эволюции. Но совершенству нет предела, и многоуровневый отбор всё равно отдаст преимущество той группе организмов, которая найдёт способ его улучшить и интенсифицировать выработку приспособлений. С течением времени одни виды сменяются другими, и та группа, которая обеспечит более быструю выработку приспособлений, со временем займёт более заметное место в биосфере.

Одним из способов интенсифицировать выработку и передачу полезных поведенческих признаков стало культурное наследование. Вначале оно ограничивалось обучением детей родителями, и пропускная способность этого канала была совсем небольшой. Наш род сделал ставку на этот способ эволюции; у нас он достиг невиданной эффективности.

К путям передачи информации, показанным на предыдущей схеме, добавились механизмы культурного наследования: передачи поведенческих признаков благодаря обучению

Как видите, культурное наследование показано на схеме оранжевыми стрелками. Посмотрите: культурная (связанная с обучением) передача информации может идти от родителей к детям, а может иметь и иное направление, она может соединять организмы, не состоящие в родстве.

Правомочно ли в данном случае использовать слово «наследование», сравнивая обучение с работой генетического механизма? Да. Несмотря на всю свою специфику, культурное наследование возникает как усовершенствованный путь передачи поведенческих признаков от особи к особи. Подробно обосновывать здесь не буду: я рассматривал эту тему в колонке «Эволюция: биологическая и социальная».

Примеры культурного наследования (относительно небольшой мощности с точки зрения количества передаваемой информации) описаны у нескольких групп млекопитающих, птиц и насекомых. У нашего вида мощность этого канала передачи информации несравнимо выросла.

А следующий путь передачи информации и вовсе является прерогативой нашего вида.

Наша нынешняя цивилизация сформирована экстрасоматическим наследованием. Информация от особи к особи переносится с помощью письменности, электромагнитной и оптической записи

Видите: на схеме появилась передача информации через внешние носители (наскальные знаки, письменность, фото- и киноплёнку, электромагнитные и оптические устройства etc). Вы тоже сейчас взаимодействуете со мной через посредство внешних носителей. Как назвать этот информационный канал? Экстрасоматическое (внетелесное) наследование. Именно экстрасоматическое наследование сделало человечество глобальным видом.

Культурное и экстрасоматическое наследование обеспечивают передачу мемов — копируемых блоков информации. Хотя мемы могут сохраняться и тиражироваться вне нас (ну, например, в нашей печатной продукции или в наших компьютерах), их существование неизбежно связано с нами как с их потребителями.

Мы выделили два разных механизма наследования: культурное и экстрасоматическое. Соответствуют ли им две различные категории мемов? Вероятно, нет. Одни и те же мемы могут распространяться, используя оба пути. Конечно, разные мемы могут специализироваться на разных способах распространения.

Как совершенно справедливо утверждает Блэкмор, существует ещё одна категория репликаторов — т-мемы, которые размножаются и отбираются в технической среде, минуя наши психики. Самым очевидным примером таких репликаторов являются компьютерные вирусы. Это очередной этап эволюции эволюции, и поэтому я рисую четвёртую, на этот раз последнюю схему.

Возникновение экстрасоматического наследования. Теперь передача и эволюция информационных репликаторов связаны не только с биологическими существами, но и с относительно независимыми от них устройствами

Развитие внешних носителей приводит к очередному этапу эволюции. Возникают устройства, которые сами обмениваются друг с другом информацией. Взаимодействие человека с ними принципиально не отличается от такового с традиционными носителями, но для самих реплицируемых единиц информации ситуация коренным образом меняется. Среда, которая определяет их судьбу — уже не психика биологических существ. Т-мемы распространяются, размножаются и эволюционируют в новой, техногенной среде. Мы, создатели этой среды, можем утешать себя тем, что мы контролируем главные параметры её функционирования. Увы, нужно не забывать, что как только такая среда становится самоусложняющейся и самоэволюционирующей, контроль над ней становится весьма ограниченным.

Называть этот способ передачи информации наследованием, скорее всего, уже нельзя — ведь тут нет речи о признаках каких-либо организмов. Что же, давайте говорить об интратехнической репликации.

Интратехническая репликация пока остаётся terra incognita. Мы можем наблюдать лишь её первые шаги. О сравнении биологического, культурного и экстрасоматического наследования можно сказать намного больше.

Надеюсь, в недалёком будущем получится.

## Выбор реальности, или Поиски вероятности Андреем Януарьевичем Вышинским

Автор: Василий Щепетнёв

31 марта 2013

Не так и давно, во время оно, лучшим показателем качества работы некоторых органов считался высокий уровень признаний обвиняемых. Или даже подозреваемых. Так и говорили: признание есть царица доказательств. А что она, царица, доказывает, кому доказывает и зачем – детали. Потому – царица. Признался, подписал в указанном месте бумажку – и делу венец. Если подписался собственною рукой (никто не сравнивал статистику одноруких инвалидов, каких больше, без левой руки, без правой?). После акта подписи запросто становишься шпионом враждебного Мордора, врачом-отравителем (или растлителем, неважно). И то, и другое, и, если понадобится, третье признаешь, скрепишь подписью, а там — не обессудь. Держись, выживай и жди лучших времён.

Обыкновенно фразу о царице доказательств приписывают Андрею Януарьевичу Вышинскому, хотя тот говорил как раз противное. Передаю своими словами, уснащая факты домыслами (подражая самому Андрею Януарьевичу), но всяк волен поработать с первоисточником. Итак: какая царица, у нас и с царями, и с царицами покончено давно, а это всё римляне придумали, «Regina probationum», в стародавние времена, когда в империи деление людей на классы не только не отрицалось, а составляло её, империи, фундамент.

Другое дело сегодня. Как можно основывать процесс на признании обвиняемого? А вдруг он распризнается? А вдруг признается, да не в том? Скажет, к примеру, что я, прокурор СССР – его первый сообщник по растлению малолетних школьниц? А вдруг вообще ни в чём не признается, а умрёт в процессе получения признания? В общем, признание признанием, а главным для успешного процесса Андрей Януарьевич считал исполнение воли начальства. По сравнению с волею начальства всякая царица – плюнуть и растереть. Если воля начальства потребует признаний, должны быть получены признания. Если воля начальства потребует доказательств, должны быть получены доказательства. Если же воля начальства потребует честного и непредвзятого суда, будет проведён честный и непредвзятый суд. Потому сейчас и разнобой такой: одни считают Вышинского палачом, другие – личностью, сумевшей сохранить прокурорскую мантию незапятнанной (вот странно, врачебный халат белый, дабы каждое пятнышко всякому издалека видно было, а прокурорская мантия, мягко говоря, не белая), третьи же, и таких большинство, знать не знают никакого Вышинского. И правильно делают.

Но одно в работах Андрея Януарьевича всё же стоит принять к сведению: ещё в далеком тридцать седьмом он заявлял, что «условия судебной деятельности ставят судью перед необходимостью решать вопрос с точки зрения установления максимальной вероятности тех или иных факторов, подлежащих оценке».

То есть искать полную, абсолютную истину – штука бесперспективная. Как исчислять «Пи» до последнего знака. Нужно устанавливать вероятность события, максимально приближенную к текущим обстоятельствам, поскольку и происшествие, и следствие, и приговор суть события вероятностные.

Распознать текущие обстоятельства – вот задача всякого гражданина. Решению этой задачи не грех и всю жизнь посвятить. От первого дыхания до последнего. А то будешь вроде того дурака, что на похоронах каркает «таскать вам, не перетаскать». Они, те, кто хоронят, может, с дураком и согласны, да не принято же так… вслух. Вот и выражают негодование в общественно укоренившейся форме.

Считать вероятность приходится ежедневно. Будет дождь или вёдро? Встречу в подъезде бандита или обыкновенного обывателя? Куплю колбасу детскую или колбасу свиную? И ведь всякое решение может повлиять на здоровье, более того, на самую жизнь. А если явление крупное, планетарного масштаба? К примеру, Челябинское диво. Случись оно аккурат после того, как был сбит корейский авиалайнер (напомню, произошло то событие первого сентября одна тысяча девятьсот восемьдесят третьего года), вероятность того, что я бы сейчас пил чай, существенно понизилась. Не нравится восемьдесят третий год? Тогда возьмём Карибский кризис, тоже дата на поверхности. Там кризис, тут над Челябинском бабахнуло, и пошло-поехало. А сколько их там на глубине плавает, случаев и совпадений…

Потому встает вопрос: кто, собственно, определяет эту самую вероятность? Эксперт кто?

Не так давно всякие фантастические рассказы, написанные в жанре мокьюментари, то есть прикидывающиеся документальными, принято было заканчивать так: фотоплёнка и киноплёнка засветились, магнитофонная лента размагнитилась, хотите — верьте, хотите — нет. То есть подразумевалось, что фотография или киносъёмка вкупе с аудиодорожкой есть неопровержимое доказательство существования снежного человека, призрака царевича Иоанна (убитого папенькой Грозным) или же моей личной встречи с Демьяном Бедным в коридорах времени. Впрочем, уже к середине прошлого века вера в это пошла на убыль: тут и гитлеровские листовки, на которых знатные люди Страны советов призывают сдаться в немецкий плен, где много каши, водки и тёплой одёжки. Понятно, подделка. Или фильмы фантастические, из которых особенно запомнился «Миллион лет до нашей эры»: и динозавры, и землетрясения, и просто люди-дикари. Правда, динозавры двигались как-то кукольно, но вдруг им так и положено? Ну, а появление «Парка юрского периода» и «Терминатора-2» свело роль аудиовидеосъёмки до уровня показаний свидетеля. Даже ниже. Какой уважающий себя свидетель скажет, что подозреваемый разлетелся на кусочки, а потом опять слетелся?

Поэтому можно, конечно, поработать с программами и показать читателю картинку «Я и хан Чингиз планируем раздел Польши», а можно этого и не делать. Писатель должен словами убеждать, а не фотодокументами. Да и без иллюстраций книжку проще издать.

А раз так, ставь видеорегистраторы, не ставь, дела о дорожно-транспортном происшествии этим не решишь. Это поначалу полиция растерялась, считая видеозапись царицей доказательств, но сейчас быстро приходит в норму. При чём тут видеорегистратор? Да мало ли какую запись умелый человек подсунет? Заранее приготовит и подсунет! Нет, дела решаются совсем иначе. В том числе и по старинке: замером тормозного пути, опросом свидетелей, проверкой алкоголя в крови участников дорожно-транспортного происшествия. А видеодокументы… Их нужно подтвердить экспертизой. А там – и повторной экспертизой, а понадобится — и третьей. Нет, если столкновение произошло в одинаковой категории, обывателя А с обывателем Б, регистратор не помешает, а вот если обыватель В столкнулся с министром Г, тут я сомневаюсь. Вряд ли.

И дело не обязательно в злонамеренности экспертов. Просто критерии экспертизы таковы, что поддельными можно объявить и кадры, запечатлевшие речь Сталина на октябрьском сорок первого года военном параде, и папаницев на льдине, и Ленина на маленькой деревянной трибуне… Куда не приглядись, огромное поле для экспертизы.

И, как в фантастических рассказах, подлинники документов имеют обыкновение куда-то исчезать.

И потому кадры с вашего регистратора помогут так же, как и доводы, что ваша прабабушка никак не может быть членом террористической группы, готовящей покушение на товарища Свердлова в одна тысяча тридцать пятом году только на том основании, что товарищ Свердлов к тому времени был давно мёртв, а бабушка жила в деревне Бабяково, где всего оружия осталась рогатка на резиновом ходу. Мёртв – это к делу не относится. Как и ваш видеорегистратор. Может, вы его специально установили, для тайной съёмки маршрута видных и ответственных работников с целью подготовки теракта?

И регистратор, и магнитофон, и фотоаппарат есть личное дело личного человека. И не более того. Тот же личный человек, рассматривая и отбирая нужные фотографии, ненужные отправляет в топку – лишнее, пустяки, нехарактерно, ерунда, – выполняя, собственно, ту же работу, что и Андрей Януарьевич Вышинский. Объективной реальности внутри нашего черепа не существует в принципе, а вне его — и подавно. Кто верит в улучшения к восемнадцатому году во всех областях общественной жизни? Верите? А сколько вас, верящих? Пять процентов?

Мы же, остальные девяносто пять, только и способны, что из всех возможностей выбрать максимально вероятную в данной реальности. Не такое уж и простое дело, честно говоря. Не всякому по плечу.

И поэтому не исключаю, что данная реальность, та, что развёртывается в этот момент, в следующий будет отправлена в шредер. Или, по старинке, – в камин. Сожжена и кочергою размешана. На всякий случай.

И потому тороплюсь допить стакан чаю. Вдруг и последний?

## Amazon S3, паролемания и современная интерпретация метафоры Неуловимого Джо

Автор: Сергей Голубицкий

01 апреля 2013

Amazon S3 (Simple Storage Service) был запущен в 2006 году и с тех пор прочно закрепился в категории де-факто стандарта облачных услуг для корпораций. Компании используют S3 для хранения резервных копий своих серверов, корпоративной документации, веб-логов, а также публичного контента вроде веб-страничек и PDF-документов.

Информация хранится в S3 в виде «объектов» размером до 5 террабайт, которые объединяются в т.н. «корзины» (buckets). Каждая «корзина» идентифицируется уникальным ключом пользователя. Делается это для того, чтобы по названию объекта и наличии цифрового ключа можно было получить допуск к информационной «корзине» прямо через адресную строку URL (что-нибудь вроде такого: http://s3.amazonaws.com/bucket/key).

27 марта Уилл Вандервантер, эксперт по безопасности, рассказал читателям Net Security о том, как можно замечательно проверить на вшивость защиту той или иной «корзины»: достаточно сформулировать стандартный вопрос с использованием стандартного синтаксиса для обозначения URL «корзин» на S3 и подобрать имя «корзины», исходя просто из названий компаний с предсказуемыми вариациями (например, walmart, walmart.com, walmart-backup, walmart-media и т.д.).

Если «корзина» наделена (как то и должно быть) приватным статусом, то в ответ браузер выдаст сообщение «Access Denied». Если же «корзина» открытая (то есть у нее публичный статус), то браузер выведет в окне список из первых 1000 объектов, хранящихся в данной «корзине».

Уилл Вандевантер взял имена компаний, входящих в список Fortune 1000, написал простенький скрипт для автоматизации процесса и отправился удить рыбку в корпоративном пруду. Результат превзошел все ожидания.

Удалось идентифицировать 12328 «корзин», из которых 1951 оказалась открытой (с публичным статусом и, соответственно, доступом)! В этой 1951 «корзине» хранилось ни много ни мало 126 миллиардов файлов — бери любой, не хочу!

Что же это были за файлы? Уилл Вандевантер навскидку отобрал 40 тысяч документов, и заглянул внутрь. Ими оказались: записи о проданных машинах, электронные таблицы с личными данными о сотрудниках, незашифрованные резервные копии огромных баз данных, исходный код видеоигры, принадлежащий какому-то разработчику мобильных приложений и т.д.

Короче, в свободном доступе лежало всё что угодно — начиная от личных фотографий и заканчивая корпоративными секретами. Из своего эксперимента Уилл Вандевантер сделал вывод о том, что пользователи — даже корпоративные, жутко беспечны, и нужно быть бдительными. Amazon тоже оперативно отреагировала и принялась после публикации в Net Security активно предупреждать своих клиентов о необходимости закрывать свои «корзины».

Меня эта история заинтересовала в парадоксальном плане: насколько вся эта криптофобия оправдана. Очевидно, что на уровне частных лиц истерия в мировой компьютерной сети вокруг паролемании носит совершенно буффонный и вздорный характер. Потому что частные лица в подавляющем большинстве случаев характеризуются метафорой «Неуловимого Джо» (не полагаясь на преемственность поколений, на всякий случай напомню молодняку этот культовый анекдот моей юности: «Скачут во всю прыть два ковбоя. Вдруг на горизонте позади них поднимается клубок пыли, нарастает, нарастает и со свистом проносится мимо. «Это кто такой был?!» — вонзает шпоры в бока своего коня один из приятелей. «Ооо! Это Неуловимый Джо!» — отвечает другой. «И что же, никто так никогда и не сумел его догнать?» — «Да в общем-то никто и не пытался: кому он на хрен нужен?!»).

На днях я помогал дистанционно (через TeamViewer) восстановить почтовый ящик на Mail.ru своему дядюшке писателю. Юрию Александровичу скоро под 70 и за плечами славная жизнь, полная материальных и духовных свершений. Единственное его упущение (да и то: в моих глазах, не его!)- с компьютерами как не срослось в начале 90х, так и продолжает успешно не срастаться сегодня. Мне стоило больших трудов уговорить его летом прошлого года купить Macbook Air, чтобы по меньшей мере забыть навсегда о кошмаре с вирусами, которые мой дядюшка регулярно подлавливал с надежностью механизма моих часов Breitling.

Macbook Air принес Юрию Александровичу почти нирвану. Осталась самая малость — паролемания! Нет, дело не в том, что мой дядюшка забывал защищать паролями свои данные! Как раз наоборот — его люто бесило дьявольское статус-кво, из-за которого любое телодвижение в мировой компьютерной сети непременно должно сопровождаться созданием пароля.

Эти пароли мой дядька исправно создавал по дюжине на дню, а затем благополучно забывал. Юрий Александрович хоть и серьезный писатель, но очень любит в быту использовать запрещенные Думой слова, поэтому я воздержусь от дословной передачи его филиппик в адрес «#$@%$&го интернета». Одну фразу, однако, непременно донесу: «Я честный человек и мне нечего прятать! Мне на $#&@*# не нужны никакие пароли!»

Я филиппики выслушивал, смиренно соединялся с Air моего дядюшки через TeamViewer и восстанавливал пароли там, где это было возможно. Однако крик отчаяния про «честного человека» глубоко запал мне в душу: в самом деле — за каким чертом обычным нетизанам нужны тысячи паролей на каждом углу? Что прятать? Вернее, не так: ЗАЧЕМ прятать?! Кому мои файлы могут быть интересными?

Все сказанное, однако, относится к частным лицам. Другое дело — бизнес, юридические лица, компании, корпорации. Принято считать, что им всем есть, что скрывать, хранить, прятать от посторонних глаз, шифровать и паролить.

В этой связи позвольте сделать эпохальный вброс, дорогие читатели: «корпоративные тайны» — это гомерическая собачья чушь! Я долго над этим размышлял и в конце концов утвердился в мнении, что потребности бизнеса в укрытии за семью паролями каких-то сокровенных секретов, ноу-хау и прочей ереси — это вариация на тему социальной мифологии. 99 % всех корпоративных тайн — это пародия на шпиономанию. 99 % компаний нужны окружающему миру примерно так же, как и ковбой Неуловимый Джо.

Метафору Joe The Uncatchable идеально иллюстрирует как раз расследование, проведенное Уиллом Вандевантером. Почему такие колоссальные объемы информации размещались в «корзинах» S3 с публичным статусом? Думаете, дело в преступной халатности пользователей? Корпоративной беспечности? Некомпетентности? Ага, конечно. Все перечисленное — это уже следствие. А причина — интуитивная оценка всех этих корпоративных данных как рутинного, никому не интересного и ненужного хлама. Именно так оценивали эту информацию сотрудники, которые выкладывали ее в облачный сервис Amazon.

Кому нужен весь этот мусор? Правильно, никому. Боюсь, только, преодолеть корпоративную паранойю не под силу ни одному смертному, поэтому как шифровали, так и дальше будут шифровать свои великие «корпоративные секреты». Секреты биографии Joe The Uncatchable.

## Голубятня: Как создать собственный облачный сервис, не зависящий от жадных тарифов

Автор: Сергей Голубицкий

02 апреля 2013

Начну с двух анонсов. Первый: видит бог, я держался до последнего, однако жизнь — штука суровая, поэтому она обломала даже такую сильную амбицию как неприязнь к Цукербергу :) Одним словом, не выдержал-таки титанического натиска извне (от родных-близких до читателей) и завел страницу на ФБ (sgolubitskiy). Благость, кстати, проявилась незамедлительно: в коем-то веке мои дочери теперь стали читать своего отца :)

Как бы там ни было, еще один канал для анонсов и распространения культур-повидла и кислотного знания не помешает. Посему — добро пожаловать: фрэнжу всех хороших людей с легкостью :)

Анонс №2: Приглашаю всех посмотреть новый видеообозор планшета Prestigio MultiPad 7.0 Prime Duo, который я сделал в живописнейшем месте — во время лодочной прогулки по речке, протекающих в густых и непроходимых тропических джунглях!

А теперь — в бой! Сегодня в Goloubyatnya classique (та, что выходит теперь в первозданном виде лишь по вторникам) у нас весьма полезная информация, которая вроде как лежит на поверхности, однако на поверку оказывается, что подавляющее большинство пользователей о существующих вариантах не догадываются. А жаль, потому что глупо платить там, где можно не платить. Если вы разделяете эту (для меня) очевидную логику, то удовольствие от культур-повидла будет носить еще и прагматический привкус.

Речь пойдет (уточняю для тех, кто не читает заголовки из принципа) о создании собственного облачного сервиса. Без всяких бесплатных 2 (3, 5) гигабайт, за которыми следуют подписные планы от 5 долларов в месяц и дальше вверх с песнями в зависимости от запрашиваемого вами объема на жестком диске для хранения ваших резервных копий, данных и т.п.

Меня всегда поражала бизнес-парадигма облачных услуг: это каким же нужно обладать гипнотическим талантом в стиле НЛП, чтобы заставить поверить миллионы людей и компаний в то, что им нужны clouds! Зачем?! Бога ради, зачем нужно платить за 50 Гигабайт, если у меня дома с десяток жестких дисков по 1 терабайт каждый? И все уже давно бесплатны.

Полагаю, что в корпоративном мире таких дисков — еще больше. Однако все упорно продолжают отстегивать всяким Безосам за его S3 словно бандерлоги под заведущим оком Каа.

Козырная замануха коммерческих облаков: вы получаете доступ к вашим данным в любое время в любой точке планеты. За деньги, да, получаю. Но что мешает организовать точно такой же доступ самостоятельно и — опять же — сильно бесплатно? На уровне частном это решается минут за 15. На корпоративном — за неделю. Причем облачные серверы будут также доступны 24 часа в сутки из любой точки планеты, однако при этом их можно разместить реально в таких местах, куда не долезет волосатая наглая лапа любого государства, включая мирового жандарма с козлиной бородкой.

Я погуглил полчаса: вариантов с налаживанием собственных облачных сервисов пруд пруди на любом уровне скалирования. Вопрос целиком сводится практически к одному — правильному программному обеспечению. Я расскажу сегодня лишь об одном решении, которое, на мой взгляд, более чем универсально, поскольку подходит для всех частных пользователей, равно как и для мелкого и среднего бизнеса. Совсем уж большие и крутые, полагаю, легко напишут собственный софт сами.

Решение для создания собственного облачного сервиса называется GoodSynс Pro от замечательного нашего старинного знакомого Siber Systems, создателя лучшего кросс-платформенного менеджера паролей Roboform (впервые я писал о «Сибири» аж 10 лет назад: «Без промискуитета«).

GoodSync позиционируется как универсальное кросс-платформенное решение для синхронизаций и создания резервных копий на дисках, подключенных напрямую к вашему компьютеру, а также через Windows Share, FTP, WebDAV, SFTP. Встроена и поддержка популярных коммерческих облачных систем — Amazon S3, Google Drive, Windows Azure, Amazon Cloud Drive SkyDrive, WinMobile.

GoodSync реализован под Windows, Mac OS X и Linux, а также для iOS и наверняка Android. Я тестировал программу в 2009 году, в самом начале своей миграции на Мак, на предмет использования ее для локальной синхронизации вместо Time Machine.

Как локальный вариант GoodSync меня не особо впечатлил и в конце концов я остановился на двух программах Carbon Copy Cloner и ChronoSync.

В феврале при обсуждении моей «Мистики Дропбокса» правильный чел по имени Бармалеич помянул использование GoodSync именно в плане замены коммерческого облака. Смутный червь сомнения заставил меня запустить программу (благо, чтобы давно была куплена) и проверить — так и есть! Вот она, скромная неприметная опция, которую я совершенно упустил из видe — на скриншоте выше она идет второй после «Моего компьютера» — это GoodSync Connect.

GoodSync Connect — это сервис, аналогичный тому, что используется для синхронизации всех паролей в системе Roboform Anywhere. Подозреваю, что реализован он на тех же мощностях. Как бы там ни было, именно GoodSync Connect позволяет за несколько минут настроить полноценную облачную систему между любыми компьютерами, расположенными в любой части света.

Делается это следующим образом:

1) Вы создаете новое задание (процесс) для синхронизации либо резервного копирования.

2) Выбираете в левой части окна исходные данные (весь компьютерный диск, либо любую его директорию). В моем случае я выбрал синхронизацию всей папки Documents на моем Маке:

3) В правой части синхронизационного окна вы выбираете сервис GoodSync Connect, в котором вы бесплатно регистрируетесь еще в момент установки программы. Если вы этого по какой-то причине не сделали (как я, например: просто не понял изначально, зачем это нужно), то восполнить пробел можно в любой момент через меню File — Настроить gs-server:

В открывшемся окне вы вводите свой логин и пароль, созданные при регистрации, после чего программа автоматически выводит список всех гаджетов, которые ранее вы привязали к GoodSync Connect:

4) Вот, собственно, и всё! Остается лишь задать тонкие настройки вроде фильтров включения / исключения (то есть, те подкаталоги или просто файлы, которые вы желаете исключить из процесса синхронизации или бэкапирования, если, конечно, таковые имеются):

автоматизации процесса:

либо дополнительные фичи для самых гикнутых и задвинутых:

Из всего этого самым важным для меня оказалась возможность автоматической синхронизации сразу же после изменения (добавления, удаления) исходных файлов. В отличие, однако, от коммерческих облачных сервисов (Dropbox и т.п.), GoodSync позволяет пользователям устанавливать произвольную задержку в секундах (см. скриншот через один выше).

Разумеется, дополнительные настройки GoodSync для автоматизации процесса синхронизации дадут фору самым продвинутым коммерческим облачным сервисам вроде SpiderOak — сравните сами:

6) После конфигурирования задания, на которое у вас уйдет минуты четыре, вы можете забыть об облачном сервисе навсегда. GoodSync самостоятельно проведет изначальный анализ исходных данных, определит необходимое действие (копирование слева направо, справа налево, констатация идентичности файлов и т.п.) и по заданному вами графику будет синхронизировать (либо бэкапировать, если вы инструктировали программу таким образом) все ваши данные. Все это работает в фоновом режиме, однако особо любопытные могут развернуть окно программы и полюбоваться за подноготной процессов облачного сервиса.

Фантастическое удобство GoodSync заключается не только в том, что вы абсолютно свободны в выборе вариантов облачных услуг. Скажем, у себя дома (на Родине :) вы настраиваете gs-server на стационарном компьютере таким образом, чтобы резервные копии записывались на внешний накопитель (например, подключеный через USB или Fireware 2-терабайтный диск), подключаете десктоп к ИБП (вместе с маршрутизатором :) — на случай сбоя в подаче электроэнергии, после чего смело отправляетесь бродить по свету. Всякий раз как вы будете вносить малейшее изменении в любой из своих файлов, GoodSync будет тут же эти изменения синхронизировать на вашем домашнем компьютере.

Даже если произойдет сбой, пропадет интернет, погаснет свет, перегрузится ваш домашний компьютер и т.п., ничего страшного: сразу же после восстановления связи GoodSync продолжит синхронизацию точно с той же точки, на которой он прервался.

Преимущества? Никаких ежемесячных платежей коммерческим облачным сервисам, полный контроль за процессами, сохранение приватности и отсутствие опасений, что случится нечто подобное тому, что вчера я описал в Битом Пикселе (история с Amazon S3).

* * *

Сегодня вторник, однако нового конкурса с розыгрышем суперприза от Supersmoke — подарочной модели электронной сигареты Cubica CC — у нас не будет, потому что за неделю никто так и не смог разгадать предыдущее задание! Позор лютый, однако никаких подсказок я давать не собираюсь, потому что квиз и без того проще пареной репы. Посему слушайте снова и угадывайте: «На каком языке разговаривают в этом аудиоклипе ?»

## Астрономам никак не надоест шутить

Автор: Дмитрий Вибе

02 апреля 2013

Есть замечательный сайт Arxiv.org, где учёные разных специальностей публикуют препринты статей, доклады на конференциях, просто любые научные заметки. Учёные активно используют этот сайт для максимально оперативной публикации результатов, читателю безусловно радостна возможность бесплатно читать научные статьи, своевременно узнавая о разных замечательных открытиях. Но есть пара дней в году, когда к публикациям в Arxiv.org нужно относиться с известной степенью осторожности.

Вообще, умение физиков шутить настолько прославлено, что стало заголовком известной книги. Но 1 апреля — это не столько шутка вообще, сколько конкретно розыгрыш, поэтому каждый год вблизи этой даты в Архиве предпринимаются попытки под видом «нормальной» статьи подсунуть читателю какой-нибудь поток сознания…

…Или, например, выдать несбыточную мечту за вполне достижимую цель. Идит Арци из Университета Фелипо на острове Фелипо описал(а) способ решения самой серьёзной астрономической проблемы — так называемого проклятия sin i. Мы наблюдаем все объекты Вселенной в проекции на плоскость небосвода. Если у объекта (диска галактики, джета, планетной системы) есть своя плоскость симметрии и она наклонена под углом i к плоскости небосвода, многие параметры такого объекта будут определяться из наблюдений с точностью до синуса этого угла.

Например, для большинства внесолнечных планет нам известна на самом деле не масса M, а произведение M sin i. Если орбита данной планеты лежит почти в плоскости небосвода (угол i мал), её реальная масса может оказаться очень большой. То есть она может оказаться и не планетой вовсе. Как быть? Идит Арци предлагает наклонять ПЗС-матрицу в телескопе, тем самым «деинклинизируя» изображение. Поворачивая матрицу под разными углами, мы будем как бы наблюдать объект с разных сторон и без труда построим его трёхмерную картину. В статье также приводится краткая библиография наблюдательных проектов, данные которых не использовались при её подготовке, поэтому статья будет полезна не только специалистам по разработке астрономического оборудования.

Понятно, что подобные прорывные исследования проводятся не на пустом месте. В теоретический фундамент метода деинклинизации легла работа Роберта Шеррера. Тщательно проанализировав исторические источники, учёный выяснил, что безразмерная постоянная «пи», широко применяемая в астрофизических исследованиях, некорректно считается постоянной: за последние 4000 лет её значение существенно выросло. Использование функции π(t) в космологических моделях естественным образом объясняет ускоренное расширение Вселенной. Автором построена и теоретическая модель изменения числа π, основанная на теории струн. Правда, модель предсказывает уменьшение π со временем, что, казалось бы, противоречит наблюдательным данным, но, по мнению автора, подобные мелкие огрехи вполне уместны на раннем этапе разработки теории и в будущем будут легко устранены. Одним из следствий предложенной модели является возможное изменение со временем значений целых чисел.

С учётом сказанного уместно задуматься вообще о процедуре проверки космологических концепций. Свои соображения по этому поводу высказал Анже Шлошар. В статье обсуждаются перспективы различных способов проверки (в том числе с привлечением Чака Норриса) с точки зрения до-о-о-олговременного привлечения финансирования экспериментов и предлагается новый критерий — «фю». Он обладает целым рядом преимуществ: на рисование картинок с этим критерием уходит меньше краски принтера; он высчитывается по очень сложным формулам и потому выглядит более научным; правильно произнося название критерия («Фю!»), вы одновременно выражаете своё отношение к оппонентам.

Сложность современной космологии в частности и физики вообще заставляет учёных задуматься о нестандартных подходах не только к её изучению, но и к преподаванию. Первого апреля 2008 года Флора Лопис и Макс Тегмарк опубликовали масштабную работу «Снова об относительности». Она, по сути, представляет собой полный курс СТО и ОТО, написанный с астрофизической точки зрения. В работе рассмотрены исторические аспекты обеих теорий, их экспериментальная проверка, применение к чёрным дырам, космологии и параллельным вселенным. Отрадно, что сухой материал снабжён наглядным видеорядом.

В работе Дугласа Скотта и Эли Фролопа предлагается дополнить тёмную материю не одной тёмной энергией, а пятью различными тёмными энергиями на том основании, что тёмная энергия — хорошая штука, а «хорошего много не бывает». Последняя фраза представляет собой авторскую трактовку известного принципа Оккама: «Entia sunt multiplicanda praeter necessitatem». По крайней мере, именно таким он запомнился авторам.

Красной нитью через первоапрельские статьи проходят скрытые смыслы. Фантасты учат нас искать тайные письмена могущественных цивилизаций в самом устройстве нашей Вселенной. Те же Скотт и Эли Фролоп уверяют, что в картах температуры реликтового излучения (РИ), полученных при помощи спутника WMAP, видны инициалы Стивена Хокинга. Более глубокое исследование возможных образов и ликов, скрытых в микроволновом излучении, проведено в работе учёных Цунца, Цибина, Цункель и Цварта. В ней, в частности, показано, что попытки найти в структурном узоре РИ грустный смайлик оказываются более успешными, чем попытки найти весёлый смайлик. Наиболее же значимым является обнаружение в температурной карте реликтового фона паттерна «неодобрительный взгляд».

Впрочем, не исключено, что подобный анализ фона абсолютно безоснователен, потому что он (фон) вообще не имеет никакого отношения ко Вселенной! Риа Фоллоп с коллегами отмечают, что при желании в температурной карте WMAP можно найти сходство с картой Земли. Статья интересна тем, что в разделе «Благодарности» честно указано, в каком именно пабе они начали отмечать это сходство.

Может показаться, что склонность писать статьи после посещения распивочных является исключительной особенностью космологов, но это не так. Ещё более явные послания сверхцивилизаций обнаруживают люди, занимающиеся анализом морфологии галактик. Новый вид скоплений галактик описан в статье Марвена Педбоста, Триллена Помальгу и команды «Galaxy Zoo». Я не буду рассказывать про эти скопления; надеюсь, вы не поленитесь посмотреть на их фотографии, включённые в статью. Справедливости ради отмечу, что авторы верны принципам научного консерватизма и не исключают, что обнаруженные ими формы являются следствием случайного стечения обстоятельств.

А это что? Опять Скотт и Фролоп! Новый взгляд на образование галактик представлен ими в статье для журнала «Регресс в физике». Новизна взгляда состоит в том, что галактики вообще не образуются; они только разрушаются. У начала же времён находится Первичная Галактика, дроблением которой и образован современный мир. Авторы предполагают, что причина наших заблуждений в знаке «минус», потерянном космологами. Если его вернуть, не только образование галактик сменяется их разрушением. Возможны и более радикальные следствия: например, может оказаться, что тёмная материя является светлой, а теория струн допускает экспериментальную проверку.

Не только наука, но и наукометрия беспокоит авторов первоапрельских статей. Одним из основных показателей качества научной работы считается цитируемость, то есть количество ссылок на данную работу в других статьях. На первый взгляд кажется естественным, что цитируемость определяется качеством статьи и квалификацией авторов. Но не всё так просто. Цитируемость повышают и факторы, не имеющие к квалификации автора никакого отношения. В частности, нормализованный индекс Хирша для учёного тем больше, чем ближе первая буква его фамилии к концу латинского алфавита. Эту странность обнаружили уже упоминавшиеся Zuntz, Zunckel, Zwart и примкнувший к ним Zlosnik.

Год 2013 тоже не остался без первоапрельской статьи. Рейчел Реддик размышляет о возможностях наблюдений полых термостойких объектов Рассела. Вообще, эти объекты были предложены в качестве символа необнаружимости, но развитие астрономического инструментария позволяет надеяться, что в обозримом будущем реальность их существования можно будет проверить. И как знать, может быть, лет через десять статья о полом термостойком объекте на околосолнечной орбите будет опубликована в какую-нибудь другую дату.

## Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

Автор: Сергей Голубицкий

02 апреля 2013

О так называемой «анархической пиринговой криптовалюте» BitCoin руки у меня чешутся написать уже давно. Правда, долго сдерживался, полагая, что глупо ворошить осиное гнездо, добавляя нездоровой популярности к тому, что ничего кроме неприятностей нормальным людям принести не может по определению.

Терпение мое, однако, лопнуло после очередного всполоха популярности биткойна, вызванного экспроприацией денежных депозитов в кипрских банках, и приведшего к беспрецедентному росту обменного курса на т.н. биткойн-биржах: с 13 долларов 16 центов за 1 BTC 2 января 2013 года до 101 доллара первого апреля. 101 доллар за абсолютную фикцию! 101 доллар за мыльный пузырь, дающий фору всем дутым сенсациям человеческого прошлого — от голландских тюльпанов до токийской недвижимости!

Только вдумайтесь в эту несуразицу: капитализация совершенно бессмысленных абстрактных химер, с каким-то дьявольским умыслом рядящихся под «валюту» и «деньги будущего», перевалила за 1 миллиард долларов! Земля, которую продавали по миллиону долларов за квадратный фут, обладала хоть какой-то осмысленной ценностью: как-никак непосредственно прилегала к территории дворца японского императора. Но биткойн! Что такое биткойн? Что же это за пустышка такая чудовищная, которая заставляет сотни тысяч компьютерных гиков спекулировать этим воздухом.

По традиции подробности я приберегу для истории в бумажном «Бизнес журнале», сейчас же ограничусь лишь контурным описанием трагических и неразрешимых проблем, которые связаны с химерой биткойна. Задам тематические, так сказать, рамки для углубления дискуссии.

Времени на описание технического «своеобразия» «анархической пиринговой криптовалюты» мы тратить не будем, тем более, что это своеобразие никого, кроме профессионального компьютерного человека заинтересовать не может. Как бы там ни было всех желающих отсылаю к сотням общеобразовательных источников, доступных в Интернете. Можете начать с Википедии, поскольку там все лапидарно и по делу.

Также мы не будем здесь анализировать общеизвестные претензии к феномену BTC. Думаю в первом приближении вполне достаточно будет их просто перечислить. Биткойн упрекают за неравенство условий для генерации («майнинга») криптовалюты, поскольку объем необходимой работы сегодня для выработки одинакового объема BTC в 500 тысяч раз превышает объемы, затребованные в начале работы системы; биткойн упрекают за безудержную спекуляцию на самопальных биржах, которая колбасит псевдовалюту похлеще лихорадки тенге (в начале лета 2011 года курс BTC был меньше 10, к середине вырос до 30, а потом упал аж до 2); биткойн обвиняют в обслуживании интересов теневой экономики, поскольку BTC «идеально анонимны» (забывая, при этом, сказать, что точно такой же анонимностью обладают обычные бумажные живые деньги); майнинг биткойнов технически может производить ботнет, а значит криптовалюта легко генерируется с использованием чужих компьютерных ресурсов без ведома владельца кошельков BTC; наконец, биткойны воруются с такой легкостью, о которой грабителям живых банков и медвежатникам не приходится и мечтать.

Всех перечисленных недостатков, на мой скромный взгляд, должно хватать за глаза, чтобы не нормальный человек не подходил к BTC на пушечный выстрел. Меня однако тема в гораздо большей степени интересует на терминологическом уровне. Меня просто бесит узурпация BTC термина «валюта», поскольку эта химера к «универсальному эквиваленту стоимости других товаров или услуг» (=деньгам!) не имеет ни малейшего отношения. Биткойн — это спекулятивный пузырь, причем в отличие от классических финансовых пузырей не обладающий ни малейшим намеком на внутреннюю стоимость за исключением разве что одного: суггестированной претензии на востребованность человечеством.

Я не случайно помянул сейчас суггестию, поскольку никакой востребованности BTC тоже нет и в помине, а есть зомбированное сознание компьютерных гиков, которые истерически пытаются убедить себя и окружающих (себе подобных индивидуумов) в том, что биткойн — это круто, это нужно, это перспективно и это ценно. Ничего этого нет, есть только воздух в пузыре.

Наконец, последний момент, который мы не станем детально разбирать при первом приближении к теме — это критику биткойна с позиции экономической науки. Дело не столько в том, что нет сейчас на эту критику времени, а в том, что претензии биткойна на статус валюты (повторю еще раз для лучшей усвояемости: на «универсальный эквивалент стоимости других товаров или услуг») с точки зрения теории денег просто абсурдны и находятся за гранью любой критики.

Мое глубокое убеждение (помимо аксиомы финансового пузыря): биткойн — это продукт криптоанархии, демонстрирующей незаурядные програмерские и математические способности при одновременном вопиющем невежестве в экономике, финансах и теории денег (о криптоанархическом и шифропанковском происхождении BTC мы также поговорим на страницах «Бизнес Журнала»).

Сейчас уместно будет лишь сказать, что стоимость денег определяется двумя ключевыми факторами: мерой осмысленности транзакций (тех, что только и учитываются в формулах для выведения денежной стоимости в зависимости от скорости обращения, количества и суммы сделок) и инверсией относительно товарной цены.

Ни тот, ни другой фактор к биткойнам не применим, поскольку подавляющее число транзакций, в которые вовлечены BTC с момента своего рождения и по настоящее время, напрочь лишены экономического смысла (они аналогичны ситуации, когда две обезьяны передают друг другу из лапы в лапы банан и финик: тебе банан — мне финик, потом — обратно, и так до бесконечности), а обратная зависимость стоимости BTC от цены товара вообще не выявляется, поскольку BTC в полноценном ценовом обмене никак не участвует (если только не считать таковыми рекламно-демонстративные громогласные заявления о том, как тот или иной магазин или организация вроде EFF выражают готовность принимать в оплату биткойны — жесты, более напоминающие (само)пожертвования, чем экономическую деятельность).

Собственно, мы теперь и подошли к единственному аргументу, который я полагаю уместным для критики BTC в самом первом приближении: к психологической ущербности всей концепции «криптовалюты».

Считается, что децентрализация денежной единицы, отсутствие посредников и анонимность являются главными достоинствами BTC, которые, якобы, и обеспечат этой химере светлое будущее. Проблема, однако, в том, что эти факторы являются благом лишь в воспаленном длительными вигилиями перед монитором мозгу компьютерного гика.

Для любого нормального человека, проживающего в реаллайфе, а в не в виртуальной реальности, децентрализация, отсутствие эмиссионного центра/посредников и анонимность «универсального средства обмена» — это не благо, а самый страшный кошмар, который только можно себе представить! Кому нужны деньги, технический смысл генерации которых в ближайшие 100 лет останется непроницаемым мороком для 99 % населения планеты?! Как «мыть» золото и плавить серебро можно объяснить на пальцах даже ребенку. Пойдите объясните то же самое про майнинг биткойнов!

Кому нужны деньги, которые сегодня стоят 2 доллара, завтра 101, а послезавтра 0,0005?! Какое, к черту, это вообще «универсальное средство обмена»? Это биржевой спекулятивный актив, единственное отличие которое от классического биржевого актива — в полном отсутствии всякой внутренней стоимости (кроме, разве что, заговора китайских и японских хакеров, которые этот бред в 2009 году придумали

.

Психология денег (валюты, универсального, общепринятого, признанного средства обмена) зиждется на четырех столпах:

- осязаемость

- понятность

- осмысленность

универсальное признание

Биткойн не осязаем, не понятен (подавляющему числу участников обмена товаров и услуг в мире), не осмысленен и далек от универсальности как от луны. Поэтому BTC — не валюта, а вредоносная химера, которую необходимо как можно скорее ликвидировать. Если, конечно, государства мира хоть как-то интересует сохранение сбережения честных граждан.

P.S. Я тут много насмотрелся и наслушался бредней про привлекательность BTC в плане биржевых спекуляций. Эту привлекательность я нахожу еще большим бредом, чем претензии биткойна на статус «валюты». Не буду сейчас тратить время на перечисление длиннющего списка противопоказаний для использования BTC в качестве инструмента даже для самых рисковых спекуляций. Достаточно будет сказать, что доходность, которой так кичатся гики — тот самым трехмесячный спурт от 13 до 101 доллара за BTC — это жалкий лепет на фоне доходности на любом деривативе, не говоря уж о форексе. Восьмикратный рост первоначальной инвестиции — это норма одного удачного опционного трейда с недельным трейдинговым горизонтом (в смысле, что купили в понедельник колл за 1 доллар, а в пятницу его продали за 8).

Разница только в том, что под опционным (и даже фьючерсно-валютным) трейдингом лежит хоть какая-то материальная реальность, тогда как под биткойном нет ничего кроме истерических страхов перед кризисом сложившейся мировой финансовой системы.

## Реджинальд Дживс цифровой эпохи: Как мы станем жить, когда обслуживающие нас вещи станут образованней и сообразительней нас

Автор: Михаил Ваннах

03 апреля 2013

«Элементарно, Ватсон!» – эту фразу знают все… Многие ведают, что у сэра Артура Конана Дойля она не встречается. Распространено возведение её к культовому отечественному сериалу, где, скажем, сэра Генри Баскервиля гениально сыграл Никита Михалков. Но придумал эту фразу всё же англичанин. И не сценарист, а писатель. «Elementary, my dear Watson» было употреблено в романе «Psmith Journalist» в 1915 году. А написал эту книгу Пэлем Грэнвилл Вудхауз (1881–1975), один из самых коммерчески успешных (как его поклонница Дж. Роулинг) и в то же время один из самых лучших британских авторов. Его высоко ценили и современники – Ивлин Во, Редьярд Киплинг – и продолжали почитать десятилетия спустя Дуглас Адамс и Джон Ле Карре… Ну а самым известным циклом книг П.Г. Вудхауза наверняка можно назвать выходившую почти шесть десятилетий, с 1915-го по 1974-й годы, серию про Дживса и Вустера.

Сэр Пэлем Грэнвилл Вудхауз предпочитал книги проверенных авторов

Дживс и Вустер. Цикл о хозяине и слуге. И первым в этой парочке обычно вспоминают Дживса. Слугу… Необычно, не правда ли? Ну, как если бы Санчо Панса шёл впереди Дон Кихота! Причём сам Пэлем Грэнвилл Вудхауз происходил из самой что ни на есть чистокровной английской аристократии, ведшей свой род от времён Вильгельма Завоевателя, при Елизавете I довольно близкой к трону. Отец писателя был британским судьёй в таком немаловажном в современном мире местечке, как Гонконг. Сам «Плам», как звали его близкие, прошел типичной для его времени и класса дорожкой частных школ и колледжа Далвич, с ранних времён проявляя страсть к писательству. А вот дальнейшая дорога оказалась не столь гладкой… Занятия боксом привели к близорукости. В Оксфорд поступить не удалось по причине финансовых трудностей у семьи. Но ныть потомок аристократов не стал, пошёл работать в The Hongkong and Shanghai Banking Corporation Limited (а проще – Гонконгский банк, весьма известный в наши дни), а рассказы писал по вечерам, в комнатке в Челси, тогда районе недорогом…

Настойчивость приносит плоды. В 1902 году Вудхауз получает колонку в лондонской газете The Globe, пишет на хорошо знакомом ему материале полдюжины «школьных» романов (к этому жанру принадлежат «Очерки бурсы», «Кондуит и Швамбрания», «Республика ШКИД», да и «Гарри Поттер»…). И в 1915 году опубликованным в ежедневной газете рассказом «Extricating Young Gussie» он начинает сагу о приключениях Реджинальда Дживса и Берти Вустера. Слуги и хозяина…

Слуга Реджинальд Дживс трогательно заботится о хозяине Берти Вустере

В Бертраме Уилдерфорсе Вустере самое забавное, с точки зрения тематики КТ, название клуба, в котором он состоит, — The Drones Club… (Оговоримся, что Вудхауз не предсказывал появления боевых беспилотников – клуб звался «Трутни», но всё равно забавно.) В остальном Берти, как и его одноклубники, отличается разве что поразительным талантом попадать во всевозможные неприятности. Материальные, матримониальные, юридические и даже политические… И из всех бед аристократов-трутней вытаскивает с блеском и юмором слуга (valet, что бумажные словари прежних времён, когда прислуга различных семейств и видов изобиловала в реальности, переводят как «лакей», «камердинер») Реджинальд Дживс. Именно он является главным действующим лицом цикла. Именно его имя Jeeves вошло в Оксфордский словарь.

Реджинальд Дживс — слуга необычный. Он цитирует Шекспира и поэтов Озёрной школы. Он читает Достоевского и «Великих русских». Лучший подарок для него – собрание сочинений Спинозы. Дживс также является членом клуба – клуба для камердинеров Junior Ganymede. Сам Дживс обозначает свое ремесло как «gentleman’s personal gentleman», личный джентльмен джентльмена. Очаровательная игра слов из эпохи, когда одним и тем же словом у островитян обозначают и аристократа, каким бы негодяем и хамом он ни был, и человека высоких достоинств, сколь угодно скромного происхождения… Для иллюстрации воспользуемся британским сериалом 1990-1993 годов со Стивеном Фраем и Хью Лори в заглавных ролях.

Итак, Дживс. Слуга, получающий жалованье от хозяина. Слуга, обязанный исполнять его капризы и причуды (ну, как исполнял Санчо все фантазии Благородного Идальго из Ла-Манчи…). Но Дживс – персонаж совсем другой. Во всех спорных ситуациях (касаются ли они фасона шляпы или выбора спутницы жизни, равно как и расставания с претендентками на роль последней) побеждает точка зрения Дживса. Формально не имеющего никакой власти над хозяином. Не прибегающего (или – почти не прибегающего) к жульничеству в стиле слуг из плутовского романа…

Так почему же Дживс всегда и везде одерживает верх над своим хозяином? Да по очень простой причине. Дживс умней. Он несколько старше Берти. Он намного образованней, хоть и не учился в частных школах и именитых университетах (до общедоступных «бетонных» университетов Англии начала ХХ века было весьма далеко). Он находит в чтении не обязанность, а удовольствие. Да ещё пользуется одной технологией, которой в мир большой экономики предстоит прийти лишь спустя десятилетия, в эпоху всевластия компьютерной техники. Речь идёт о Data mining — дОбыче данных, если ставить ударение на горняцкий манер. Дело в том, что в клубе «Юный Ганимед» есть секретная книга, в которую камердинеры заносят все сведения о своих хозяевах. И сведения эти весьма изобильны – бытовой техники не было, стирали и убирались живые слуги… А для лакея, о чём знали ещё гранд-дамы парижских салонов, героя нет! И вот экстремистский политик сокрушается Вустером при помощи Дживса, снабдившего того сведениями о том, чем персонаж, явно списанный с сэра Освальда Мосли, зарабатывает себе на жизнь… Да и осведомлённость Дживса в бытовых вопросах позволяет ему искусно направлять жизнь хозяина в угодное слуге русло! (Этого-то боятся и ныне…)

Берти искренне считает, что управляет именно он…

А теперь технология дарит нам куда большую приватность. И она же – её нарушает. Порой — странно. Например, газовая компания жаждет получить право на сбор, обработку и передачу личных данных. Впрочем, будучи посланной по лаконичному адресу, безропотно высылает квитанции и принимает онлайн-платежи по одному лишь физическому адресу (мало будешь знать — нескоро состаришься…). Порой — нагло: мелкий предприниматель, эксплуатирующий таджичек для мытья подъезда, получил где-то базу данных жильцов и высылает квитанции именные – при первом обнаружении некачественной уборки ему, пожалуй, предстоит познакомиться с правоохранителями из отдела «К»… Но есть ещё и «мягкая» манипуляция. Обратим внимание, сколь много интересного знает о нас поисковый робот. И знания эти мы передаём ему добровольно. Отбросим сейчас возможность, что информация собирается для недобросовестных целей – продать её какой-нибудь Кровавой Гебне, ЦРУ или карточным мошенникам. Будем исходить из того, что поисковые роботы стремятся к нашему благу – благу такому, как понимают это они. Ну, точнее не они, а создатели роботов. А ещё точнее – те, кто организовал поисковый бизнес.

И вот тут-то мы сталкиваемся с феноменом Дживса 2.0. Представим себе: компьютерная техника, служащая нам, вполне способна, выполняя наши пожелания, управлять нами. Причём это не будет формализм, подобный классическому, приведённому Норбертом Винером в «Кибернетике…» рассказу У.У. Джекобса об Обезьяньей Лапе, исполняющей желания. Хотите двести фунтов? Пожалуйста – сын прожёван машиной на заводе, извольте получить возмещение…

Лопатка в руках верного слуги — это не Обезьянья Лапа, конечно, но…

Нет, более информированный слуга вполне может стремиться к нашему благу не только по букве, но и по духу. Так же, как модель поведения Дживса служила благу Берти Вустера и его свино- и тритонолюбивых друзей из клуба «Трутни». Правда, благу тому, как это понимал сам лучше знающий… И сейчас мы обречены столкнуться с тем, что будем зависеть от машин, информированных лучше нас. Впрочем, мы и так зависим от представляемой нам информации. Именно её выборка для трансляции и представляет собой содержание того, что гуманитарии зовут культурой и цивилизацией. И нет никакой разницы в том, что сейчас информацию фильтруют не учёные советы да цензоры, а прислуживающий нам поисковый робот. И растягивается эта фильтрация не на поколения, а происходит в секунды, а то и доли их… Но сегодняшнюю цивилизацию творит в немалой степени именно поисковик – распространение мобильного интернета делает его таким же нашим спутником, каким для Вустера был Дживс. И он может точно так же манипулировать нашим поведением. Просто представляя нам ту или иную информацию. В простейшем случае – формируя наше потребительское поведение. И даже не за счёт того, что в топе поисковика окажется не самый дешёвый и не самый качественный товар. А путём создания у нас представления о том, что такой товар нам необходим…

Хью Лори стал офицером Ордена Британской империи, сыграв доктора Хауса с его непременным «Все лгут»…

И от такой перспективы нам никуда не уйти: Вустер пытался же периодически обойтись без Дживса, но… Обещанный к 2020 году тысячедолларовый компьютер с возможностями большими, чем у мозга. Реинкарнация Дживса в кремнии. Слуга, информированный более хозяина. Причём вполне возможно, что заботящийся о благе своего нанимателя. Ну, правда, так, как он понимает его сам… И что же останется людям (точнее их большинству)? Ну, наверное то, что Бертраму Уилдерфорсу Вустеру. Уступая Дживсу и в процедурных умениях, и в декларативных знаниях, и в характере, он тем не менее был порядочным человеком, джентльменом в хорошем смысле этого слова… Впрочем, офицером Ордена Британской империи Хью Лори стал, сыграв доктора Хауса с его непременным «Все лгут»…

## Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

Автор: Сергей Голубицкий

02 апреля 2013

О так называемой «анархической пиринговой криптовалюте» BitCoin руки у меня чешутся написать уже давно. Правда, долго сдерживался, полагая, что глупо ворошить осиное гнездо, добавляя нездоровой популярности к тому, что ничего кроме неприятностей нормальным людям принести не может по определению.

Терпение мое, однако, лопнуло после очередного всполоха популярности биткойна, вызванного экспроприацией денежных депозитов в кипрских банках, и приведшего к беспрецедентному росту обменного курса на т.н. биткойн-биржах: с 13 долларов 16 центов за 1 BTC 2 января 2013 года до 101 доллара первого апреля. 101 доллар за абсолютную фикцию! 101 доллар за мыльный пузырь, дающий фору всем дутым сенсациям человеческого прошлого — от голландских тюльпанов до токийской недвижимости!

Только вдумайтесь в эту несуразицу: капитализация совершенно бессмысленных абстрактных химер, с каким-то дьявольским умыслом рядящихся под «валюту» и «деньги будущего», перевалила за 1 миллиард долларов! Земля, которую продавали по миллиону долларов за квадратный фут, обладала хоть какой-то осмысленной ценностью: как-никак непосредственно прилегала к территории дворца японского императора. Но биткойн! Что такое биткойн? Что же это за пустышка такая чудовищная, которая заставляет сотни тысяч компьютерных гиков спекулировать этим воздухом.

По традиции подробности я приберегу для истории в бумажном «Бизнес журнале», сейчас же ограничусь лишь контурным описанием трагических и неразрешимых проблем, которые связаны с химерой биткойна. Задам тематические, так сказать, рамки для углубления дискуссии.

Времени на описание технического «своеобразия» «анархической пиринговой криптовалюты» мы тратить не будем, тем более, что это своеобразие никого, кроме профессионального компьютерного человека заинтересовать не может. Как бы там ни было всех желающих отсылаю к сотням общеобразовательных источников, доступных в Интернете. Можете начать с Википедии, поскольку там все лапидарно и по делу.

Также мы не будем здесь анализировать общеизвестные претензии к феномену BTC. Думаю в первом приближении вполне достаточно будет их просто перечислить. Биткойн упрекают за неравенство условий для генерации («майнинга») криптовалюты, поскольку объем необходимой работы сегодня для выработки одинакового объема BTC в 500 тысяч раз превышает объемы, затребованные в начале работы системы; биткойн упрекают за безудержную спекуляцию на самопальных биржах, которая колбасит псевдовалюту похлеще лихорадки тенге (в начале лета 2011 года курс BTC был меньше 10, к середине вырос до 30, а потом упал аж до 2); биткойн обвиняют в обслуживании интересов теневой экономики, поскольку BTC «идеально анонимны» (забывая, при этом, сказать, что точно такой же анонимностью обладают обычные бумажные живые деньги); майнинг биткойнов технически может производить ботнет, а значит криптовалюта легко генерируется с использованием чужих компьютерных ресурсов без ведома владельца кошельков BTC; наконец, биткойны воруются с такой легкостью, о которой грабителям живых банков и медвежатникам не приходится и мечтать.

Всех перечисленных недостатков, на мой скромный взгляд, должно хватать за глаза, чтобы не нормальный человек не подходил к BTC на пушечный выстрел. Меня однако тема в гораздо большей степени интересует на терминологическом уровне. Меня просто бесит узурпация BTC термина «валюта», поскольку эта химера к «универсальному эквиваленту стоимости других товаров или услуг» (=деньгам!) не имеет ни малейшего отношения. Биткойн — это спекулятивный пузырь, причем в отличие от классических финансовых пузырей не обладающий ни малейшим намеком на внутреннюю стоимость за исключением разве что одного: суггестированной претензии на востребованность человечеством.

Я не случайно помянул сейчас суггестию, поскольку никакой востребованности BTC тоже нет и в помине, а есть зомбированное сознание компьютерных гиков, которые истерически пытаются убедить себя и окружающих (себе подобных индивидуумов) в том, что биткойн — это круто, это нужно, это перспективно и это ценно. Ничего этого нет, есть только воздух в пузыре.

Наконец, последний момент, который мы не станем детально разбирать при первом приближении к теме — это критику биткойна с позиции экономической науки. Дело не столько в том, что нет сейчас на эту критику времени, а в том, что претензии биткойна на статус валюты (повторю еще раз для лучшей усвояемости: на «универсальный эквивалент стоимости других товаров или услуг») с точки зрения теории денег просто абсурдны и находятся за гранью любой критики.

Мое глубокое убеждение (помимо аксиомы финансового пузыря): биткойн — это продукт криптоанархии, демонстрирующей незаурядные програмерские и математические способности при одновременном вопиющем невежестве в экономике, финансах и теории денег (о криптоанархическом и шифропанковском происхождении BTC мы также поговорим на страницах «Бизнес Журнала»).

Сейчас уместно будет лишь сказать, что стоимость денег определяется двумя ключевыми факторами: мерой осмысленности транзакций (тех, что только и учитываются в формулах для выведения денежной стоимости в зависимости от скорости обращения, количества и суммы сделок) и инверсией относительно товарной цены.

Ни тот, ни другой фактор к биткойнам не применим, поскольку подавляющее число транзакций, в которые вовлечены BTC с момента своего рождения и по настоящее время, напрочь лишены экономического смысла (они аналогичны ситуации, когда две обезьяны передают друг другу из лапы в лапы банан и финик: тебе банан — мне финик, потом — обратно, и так до бесконечности), а обратная зависимость стоимости BTC от цены товара вообще не выявляется, поскольку BTC в полноценном ценовом обмене никак не участвует (если только не считать таковыми рекламно-демонстративные громогласные заявления о том, как тот или иной магазин или организация вроде EFF выражают готовность принимать в оплату биткойны — жесты, более напоминающие (само)пожертвования, чем экономическую деятельность).

Собственно, мы теперь и подошли к единственному аргументу, который я полагаю уместным для критики BTC в самом первом приближении: к психологической ущербности всей концепции «криптовалюты».

Считается, что децентрализация денежной единицы, отсутствие посредников и анонимность являются главными достоинствами BTC, которые, якобы, и обеспечат этой химере светлое будущее. Проблема, однако, в том, что эти факторы являются благом лишь в воспаленном длительными вигилиями перед монитором мозгу компьютерного гика.

Для любого нормального человека, проживающего в реаллайфе, а в не в виртуальной реальности, децентрализация, отсутствие эмиссионного центра/посредников и анонимность «универсального средства обмена» — это не благо, а самый страшный кошмар, который только можно себе представить! Кому нужны деньги, технический смысл генерации которых в ближайшие 100 лет останется непроницаемым мороком для 99 % населения планеты?! Как «мыть» золото и плавить серебро можно объяснить на пальцах даже ребенку. Пойдите объясните то же самое про майнинг биткойнов!

Кому нужны деньги, которые сегодня стоят 2 доллара, завтра 101, а послезавтра 0,0005?! Какое, к черту, это вообще «универсальное средство обмена»? Это биржевой спекулятивный актив, единственное отличие которое от классического биржевого актива — в полном отсутствии всякой внутренней стоимости (кроме, разве что, заговора китайских и японских хакеров, которые этот бред в 2009 году придумали

.

Психология денег (валюты, универсального, общепринятого, признанного средства обмена) зиждется на четырех столпах:

- осязаемость

- понятность

- осмысленность

универсальное признание

Биткойн не осязаем, не понятен (подавляющему числу участников обмена товаров и услуг в мире), не осмысленен и далек от универсальности как от луны. Поэтому BTC — не валюта, а вредоносная химера, которую необходимо как можно скорее ликвидировать. Если, конечно, государства мира хоть как-то интересует сохранение сбережения честных граждан.

P.S. Я тут много насмотрелся и наслушался бредней про привлекательность BTC в плане биржевых спекуляций. Эту привлекательность я нахожу еще большим бредом, чем претензии биткойна на статус «валюты». Не буду сейчас тратить время на перечисление длиннющего списка противопоказаний для использования BTC в качестве инструмента даже для самых рисковых спекуляций. Достаточно будет сказать, что доходность, которой так кичатся гики — тот самым трехмесячный спурт от 13 до 101 доллара за BTC — это жалкий лепет на фоне доходности на любом деривативе, не говоря уж о форексе. Восьмикратный рост первоначальной инвестиции — это норма одного удачного опционного трейда с недельным трейдинговым горизонтом (в смысле, что купили в понедельник колл за 1 доллар, а в пятницу его продали за 8).

Разница только в том, что под опционным (и даже фьючерсно-валютным) трейдингом лежит хоть какая-то материальная реальность, тогда как под биткойном нет ничего кроме истерических страхов перед кризисом сложившейся мировой финансовой системы.

## Hewlett-Packard, Билл Шоп, Козьма Прутков и автомобили Fisker Karma

Автор: Сергей Голубицкий

04 апреля 2013

Вокруг Hewlett-Packard уже который месяц ведутся мутные биржевые игры и плетутся загадочные интриги, наделенные, однако, могучим назидательным потенциалом. Если только нам удастся адекватно интерпретировать разборку, можно надеяться не только на предвосхищение дальнейшего развитие событий (дело само по себе приятное и авантажное в материальном отношении :), но и на понимание фундаментальных основ устройства современного финансового мира.

Последний раз я напомнил читателям о Hewlett-Packard в ноябре 2012 года, когда компания пришлось пожинать плоды безумного поглощения британской софтверной пустышки Autonomy за 11 миллиардов долларов («Загадочный пушок«). Осенью НР списала с баланса 8,8 миллиардов долларов, из которых 5 напрямую увязали с непонятным «fraud» в бухгалтерии Autonomy, а остальные 3,8 случились за счет пересмотра размера goodwill, зафиксированного в сделке по поглощению британского софтодела.

Что и говорить: цифры потерь головокружительные, однако я сразу же указал читателям на одно очень важное обстоятельство. Неудачная покупка Autonomy, какой бы трагичной она смотрелась в абсолютном выражении, — сущая мелочь на фоне свинцовых туч, нависших над профильным бизнесом Hewlett-Packard:

- Доходы от продаж персональных компьютерных систем упали за год на 14 %;

- Доходы от продаж принтеров упали на 5 %;

- Суммарно доходы от корпоративных продаж хардверного оборудования упали на 15 %, продажи в потребительском секторе — на 22 %;

- Доходы от услуг упали на 6 %;

- Доходы от продаж промышленных серверов, накопительных систем и сетевого оборудования упали на 9 %.

Подборку «ужастиков» выполнил Генри Блоджет и мне в ноябре 2012 года она показалось достаточно убедительной для того, чтобы донести тревогу до читателей. Моя гипотеза заключалась в том, что шоу с публичным клеймением сделки с Autonomy было хитрым PR-маневром, направленным на отвлечение внимания общественности от провальных результатов по всем направлениям профильного бизнеса Hewlett-Packard.

Тогда же осенью я заключил, что трудности компании все-таки, скорее всего, временные, поскольку масштаб и влияние Hewlett-Packard на мировой рынок IT технологий несопоставим ни с какими текущими финансовыми неурядицами.

Посмотрим теперь, как проходило дальнейшее развитие событий:

Перед нами потрясающий в своей красноречивости график: сразу после шока, вызванного обнародованием списания с баланса 8,8 миллиардов долларов (красная стрелка на рисунке), начался беспрецедентный спурт котировок акций компании, который за четыре месяца привел к полноценному удвоению капитализации!

Только представьте себе: каждый вложенный в конце ноября в акции HPQ доллар в конце марта обернулся двумя. А ведь речь не идет о рынке производных ценных бумаг (деривативов)! Это же обыкновенные акции. Для сравнения: покупка в ноябре колл-опционов на акции HPQ с экспирацией в апреле-мае обернулась бы примерно 1000 % дохода (то есть десятикратным умножением вложенного капитала).

Я так подробно смакую биржевой спурт Hewlett-Packard с единственной целью: продемонстрировать реальный масштаб роста и — что еще важнее! — безудержный оптимизм, которых охватил инвесторов.

Думаю, понятно, что этот оптимизм внешне никак не должен вытекать из заявления об убытке в 8,8 миллиардов долларов, который компания сделала в ноябре. Проблема финансового мира, однако, в том, что именно из этого заявления все и вытекает. Не должно, а нет — всё происходит как бы вопреки логики.

На самом деле логика очевидна, просто ее не так заметно непосвященному в тонкости инвестиционного мышления уму. Логика спурта HPQ — худшее позади! То есть рынок решил, что компания одним махом разрубила Гордиевый узел проблем, оставив за спиной кумулятивные убытки и устремившись к светлому безоблачному будущему.

Рынок решил и наградил: удвоением капитализации. В абсолютных цифрах эта награда выглядит еще убедительней — 21 миллиард долларов! Ровно столько нарастила Hewlett-Packard в ответ на списание 8,8 миллиардов из-за Autonomy.

Мера доверия, отписанная рынком компании из Пало-Альто, оказалась столь высокой, что даже беспрецедентный по мощи и настойчивости демарш доверительных консультантов Institutional Shareholder Services Inc. и Glass Lewis & Co., призвавших акционеров Hewlett-Packard выразить в марте вотум недоверия текущему руководству компании и сместить с поста председателя Правления Рея Лейна вместе с другими членами правления, так или иначе связанными со сделкой с Autonomy, не увенчался успехом: акционеры упрямо проголосовали и за Лейна, и за всю остальную руководящую братию. Своих кресел не лишился ни один руководитель Hewlett-Packard!

Голова Hewlett-Packard и его умопомрачительный электрокар Fisker Karma

Акционеров можно понять: удвоив за четыре месяца состояние, грешно таить зло на председателя Рея Лейна и гендиректриссу Мег Уитмен. Главная, однако, причина миролюбия акционеров Hewlett-Packard кроется не столько в психологическом комфорте, сколько в поразительных результатах, которые компания продемонстрировала в квартальном отчете, опубликованном в феврале.

Оказалось, что страшилки, которые Генри Блоджет привел в ноябре 2012 года (а я им поверил), были опровергнуты самой реальностью: компания не только разнесла в пух и прах ожидания рынка по прибыли (аналитики планировали 71 цент на акцию, а вышло аж 82!), но и увеличила доход от самого проблематичного своего подразделения — принтеров — на 25 % (с 761 до 953 миллионов долларов)!

Ну а теперь самое любопытное. Посмотрите еще раз на ценовой график HPQ: видите легкий обвал (на самом деле не такой уж и легкий: 6% за один день!), который случился не далее как два дня назад (2 апреля)? Знаете, чем он был вызван? Снижением рейтинга Hewlett-Packard с «держать» (Neutral) на «продавать» (Sell), которым осчастливил мир Билл Шоп, аналист из Goldman Sachs.

Главная причина, по которой мистер Шоп решился на странный демарш, заключена — вы не поверите! — в … «слабости профильного бизнеса» Hewlett-Packard! В чем выражается эта слабость? По мысли Шопа — в повсеместном сворачивании рынка персональных компьютеров и сложностях с принтерами.

Оказывается, PC умер, а пользователи принтеров раскусили хитрость производителей, продающих сами печатные устройства ниже себестоимости в надежде отыграться на расходных материалах. Теперь пользователи, мол, покупают чернила у сторонних производителей за треть цены.

Читал я этот шедевр аналиста Goldman Sachs и глазам своим не верил: как такое может быть? Как видный человек, получающий умопомрачительную зарплату, может публично анонсировать такую гомерическую глупость?! Мотивы изменения рейтинга Hewlett-Packard, озвученные Биллом Шопом, прямо оскорбление умственных способностей аудитории.

Во-первых, Hewlett-Packard давным-давно уже не зациклен на рынке PC (планшет Slate 7 что-то говорит Шопу?). По крайней мере, диверсификацию производства Мег Уитмен поставила в основу стратегии по преобразованию компании с первого дня своего назначения на пост генерального директора. Во-вторых, принтеры занимают в бизнесе Hewlett-Packard менее 10 %. В-третьих, даже при столь скромных пропорциях, принтерный бизнес вырос, как мы показали, в последнем квартале на 25 %. Произошло это благодаря ослаблению японской йены (HPQ закупает фотобарабаны у Canon) и частичному отказу от схемы демпинговых продаж и ставок на расходные материалы.

Hewlett-Packard Slate 7

«Смерть PC» мы как люди серьезные вообще обсуждать не будем.

Остается вопрос: зачем аналист Goldman Sachs извлекает на свет божий аргументы, которые моль покоцала пять лет назад, и на их основании производит абсурдный даунгрейд компании, которая за 4 месяца удваивает капитализацию?

В голову приходит только один ответ: у Goldman Sachs есть собственный корыстный интерес для того, чтобы акции Hewlett-Packard изменили направление движения.

Ничего нового, впрочем, в подобном поведении банков, хедж-фондов, инвестиционных компаний и вообще всех без исключения агентов финансового мира мы не находим. Достаточно вспомнить бесстыдные гешефты вокруг акций Herbalife, которые развернули у всех на виду маны Ак и Ик. Манипуляция — это норма для фондовой биржи.

Каков же тогда урок истории Hewlett-Packard за последнее полугодие? В общем-то урок банальный: не верь глазам своим и не доверяй ушам своим! В мире финансов никто никогда не говорит правду. Все лишь озвучивают какие-то собственные интересы. Стоит, однако, научиться учитывать этот bias, то есть меру вовлеченности дискурса в поле корысти, как наши собственные дивиденды от адекватного восприятия финансовой информации возрастают в разы: анонсировал HPQ списание 8,8 миллиардов? Замечательно: значит задним числом перекрыл убытки по всем остальным фронтам и можно надеяться на рост котировок! Заявил Билл Шоп о страшных изъянах рынка PC? Чудненько: значит, у Goldman Sachs горят какие-то инвестиции, что непосредственно к HPQ не имеет ни малейшего отношения. Ну и так далее в том же духе.

Иногда мне кажется, что Козьма Прутков со своим «Зри в корень!» наверняка поигрывал на бирже :)

## Хоббит: Нежданное путешествие Питера Джексона в окопную травму Первой мировой войны

Автор: Сергей Голубицкий

05 апреля 2013

Сегодня пятница и по новому тематическому расписанию — день жестких рецензий и грубых провокаций на тему чужого творчества. Хочу поделиться впечатлениями от фильма «Хоббит: нежданное путешествие» (The Hobbit: An Unexpected Journey) по, что говорится, горячим следам — просмотрел минувшей ночью.

Сразу хочу сказать, что кино я воспринимаю (как впрочем — и любое искусство) структурированно, то есть слегка шизофренически: во мне как бы сразу живет несколько персонажей, каждый из которых видит художественную реальность по-своему.

Одна часть моего «Я» совпадает со зрителем-обывателем, который приступает к просмотру фильма с надеждой на получение простого удовольствия. Удовольствие это складывается из множества факторов: общей зрелищности картины, динамичности сюжета, игры актеров, эстетической привлекательности сценографии и костюмов и т.д.

Другая щепка моего сознания заставляет оценивать произведение искусство совсем иначе: мозг препарирует художественную плоть, вычленяет элементы внутренней структуры фильма (книги, музыкальной композиции и т.п.) и помещает их в аксиологический контекст (попросту говоря — оценивает, насколько те или иные художественные решения оригинальны, интересны, перспективны и т.д.)

К сожалению, есть еще и третий лик Януса моей души («к сожалению» — это потому, что зрительская шизофрения ведет к излишнему усложнению картины и затрудняет обобщенную оценку) — социальный и гражданский пафос, которые постоянно отвлекает от сюжетной канвы и заставляет воспринимать действие на экране (страницах книги) в каком-то причудливом преломлении. В том смысле, что я не могу оценивать персонажей только по их внутрисюжетной мотивации, а постоянно интерполирую увиденное (прочитанное) на более широкий — социальный, политический, идеологический — контекст, который вносит глубокую коррекцию в оценку фильма (художественного произведения).

Не очень я сложно излагаю мысли? Впрочем, уже не важно, потому что теоретическая часть закончилась, а эмпирика всегда оказывается более доступной для восприятия.

Что же сказало мое первое — зрительско-обывательское — Ego? Первая часть трилогии о Хоббите мне очень и очень понравилась. Как понравился раньше и «Властелин колец», да и вообще всё, что выходит из-под пера Питера Джексона (равно как и Гильермо дель Торо, который мне импонирует даже больше). То есть я пришел в кинозал (сказано громко, потому что я фильм смотрел на 17-дюймовом экране Макбука), расслабился и получил удовольствие. Минуты с третьей стал настойчиво ловить себя на мысли, что постоянно расплываюсь в блаженной улыбке. От того самого простого искреннего чистого и наивного удовольствия, какое только и случается при просмотре хорошего художественного кино.

Поскольку отторжения на уровне первичного (уж не Id ли моей души? :) восприятия не было, профессиональная оценка художественной структуры «Хоббита» далась также легко и непринужденно. Фильм удивительно гармоничен и выверен до мельчайших деталей — в сюжете, в композиции, в музыкальном оформлении, в игре актеров, в динамике.

О чисто технических достоинствах «Хоббита» вообще говорить не приходится: как-никак это же первый полнометражный художественный фильм высшей ценовой категории, снятый камерой RED: 48 кадров в секунду с разрешением 5К! Даже в сравнении с «Аватаром» эти характеристики смотрятся запредельным космосом.

Одним словом, и с художественной точки зрения «Хоббит: Нежданное путешествие» — явление блестящее и безупречное. Не только достойное своего сиквела «Властелина колец», но и дающего ему фору, особенно по части технического совершенства и сюжетной динамики.

И здесь мы переходим к третьему лику Януса моей души — метаконтексту (социальному, политическому и идеологическому), который самым неприятным образом омрачил общее впечатление и удовольствие от просмотра фильма Питера Джексона. И вот почему.

С творчеством Джона Рональда Руэла Толкиена у меня лично давние и очень сложные отношения. Впервые я прочитал «The Hobbit or There and Back Again» в 1982 году и с тех пор не перестаю удивляться этому писателю и созданной им гипер художественной утопии.

Средиземье — это действительно совершенно уникальное явление в современной культуре. Ни одна утопия и дистопия никогда не выходила за рамки своей собственной искусственной псевдореальности. Замятинские «Мы», «Бравый новый мир» Хаксли, «1984″ Оруэлла, даже гениальная «Бразилия» Терри Гиллиама — при любой их популярности и культовом статусе никогда не переставали быть тем, что Робер Мерль определял как La vie derrière la vitre, жизнь за стеклом.

То есть мы, читатели и зрители, никогда не воспринимали утопию как некую часть нашей собственной реальности (со знаком плюс или минус — не важно). Мы всегда были отчуждены (verfremdet — не путать с entfremdet, очуждены!) и это обстоятельство (ощущение) позволяло нам сохранять внутренний покой и психологический баланс.

Средиземье — это первая утопия, которая нарушила правила игры и вторглась в нашу реальность. Произошло это массово и вирусно по всей планете. Гоблины, эльфы, тролли, орки, гномы и хоббиты — это не какие-то художественные абстракции, а часть нашего мира, нашей повседневной реальности. Нравится это или не нравится.

А теперь самое важное. Когда я (равно как и все остальные зрители) отправлялся на просмотр фильма Питера Джексона, я мысленно готовил себя не к путешествию в волшебную сказку, а к погружению в гиперреальность! Реальность моего собственного мира и его ощущения.

Это совершенно страшная констатация совершенно страшного массового психоза (если хотите — коллективной галлюцинации), но это именно так! И это не плохо и не хорошо, а просто так есть.

Я пожираю кадр за кадром «Хоббита» и постоянно ловлю себя на мысли (это у меня вообще любимое занятие при просмотре фильмов: ловить себя на мыслях :), что ничему ровным счетом не удивляюсь, а переживаю и ощущаю ландшафты, интерьеры, волосатые ноги Бильбо и яростные шнобели гномов не как фантазию, а как мир за окном собственного дома.

Это ошеломляющая и оттого жуткая магия. Магия не искусства, а какой-то чертовщины, в которой я за 30 с лишним лет так до конца не разобрался.

Как бы там ни было, эту идеологическую важность Средиземья с невероятной серьезностью осознали не только зрители, но и продюссеры кинопроекта. Чего стоит ответственность, с которой подходил к съемке фильма бандитский триумвират New Line Cinema, Metro-Goldwyn-Mayer и Warner Bros. Сперва нанимают Питера Джексона на должность режиссера, потом заменяют его на Гильермо дель Торо («Джексон никогда не сделает ни одного фильма с New Line Cinema, покуда я работаю в компании» — скрежетал зубами Роберт Шэй, хозяин New Line Cinema). Под конец отодвигают дель Торо и снова берут Джексона.

Я, конечно, понимаю, что первопричина чехарды с назначениями — дележ бабок, но это лишь следствие главной посылки: Средиземье и всё, что только связано с этой темой, обладает столь фантастическим влиянием на сознание всей мировой зрительской аудитории (читай — современного человечества!), что любое соприкосновение с этим чудом превращается в Midas Touch, касание царя Мидаса.

Почему так происходит, почему продукт частного личного эскапизма Джона Толкиена из травмы, полученной в окопах Первой мировой войны, превратился не просто в навязчивую идею, а в полноценный сублимативный невроз сразу нескольких поколений, я, конечно, буду еще долго разбираться. Соответственно, и к тебе этой мы будем возвращаться неоднократно.

А пока что факт остается фактом: «Хоббит: Нежданное путешествие» — это фильм-морок, обладающий страшным гипнотическим воздействием. И я не уверен, что это воздействие возникает только благодаря художественным и техническим достоинствам картины. Я думаю, без le doigt du Diable здесь не обошлось :)

## Повелитель кибермух или чума биткойнов на ваши головы!

Автор: Сергей Голубицкий

02 апреля 2013

О так называемой «анархической пиринговой криптовалюте» BitCoin руки у меня чешутся написать уже давно. Правда, долго сдерживался, полагая, что глупо ворошить осиное гнездо, добавляя нездоровой популярности к тому, что ничего кроме неприятностей нормальным людям принести не может по определению.

Терпение мое, однако, лопнуло после очередного всполоха популярности биткойна, вызванного экспроприацией денежных депозитов в кипрских банках, и приведшего к беспрецедентному росту обменного курса на т.н. биткойн-биржах: с 13 долларов 16 центов за 1 BTC 2 января 2013 года до 101 доллара первого апреля. 101 доллар за абсолютную фикцию! 101 доллар за мыльный пузырь, дающий фору всем дутым сенсациям человеческого прошлого — от голландских тюльпанов до токийской недвижимости!

Только вдумайтесь в эту несуразицу: капитализация совершенно бессмысленных абстрактных химер, с каким-то дьявольским умыслом рядящихся под «валюту» и «деньги будущего», перевалила за 1 миллиард долларов! Земля, которую продавали по миллиону долларов за квадратный фут, обладала хоть какой-то осмысленной ценностью: как-никак непосредственно прилегала к территории дворца японского императора. Но биткойн! Что такое биткойн? Что же это за пустышка такая чудовищная, которая заставляет сотни тысяч компьютерных гиков спекулировать этим воздухом.

По традиции подробности я приберегу для истории в бумажном «Бизнес журнале», сейчас же ограничусь лишь контурным описанием трагических и неразрешимых проблем, которые связаны с химерой биткойна. Задам тематические, так сказать, рамки для углубления дискуссии.

Времени на описание технического «своеобразия» «анархической пиринговой криптовалюты» мы тратить не будем, тем более, что это своеобразие никого, кроме профессионального компьютерного человека заинтересовать не может. Как бы там ни было всех желающих отсылаю к сотням общеобразовательных источников, доступных в Интернете. Можете начать с Википедии, поскольку там все лапидарно и по делу.

Также мы не будем здесь анализировать общеизвестные претензии к феномену BTC. Думаю в первом приближении вполне достаточно будет их просто перечислить. Биткойн упрекают за неравенство условий для генерации («майнинга») криптовалюты, поскольку объем необходимой работы сегодня для выработки одинакового объема BTC в 500 тысяч раз превышает объемы, затребованные в начале работы системы; биткойн упрекают за безудержную спекуляцию на самопальных биржах, которая колбасит псевдовалюту похлеще лихорадки тенге (в начале лета 2011 года курс BTC был меньше 10, к середине вырос до 30, а потом упал аж до 2); биткойн обвиняют в обслуживании интересов теневой экономики, поскольку BTC «идеально анонимны» (забывая, при этом, сказать, что точно такой же анонимностью обладают обычные бумажные живые деньги); майнинг биткойнов технически может производить ботнет, а значит криптовалюта легко генерируется с использованием чужих компьютерных ресурсов без ведома владельца кошельков BTC; наконец, биткойны воруются с такой легкостью, о которой грабителям живых банков и медвежатникам не приходится и мечтать.

Всех перечисленных недостатков, на мой скромный взгляд, должно хватать за глаза, чтобы не нормальный человек не подходил к BTC на пушечный выстрел. Меня однако тема в гораздо большей степени интересует на терминологическом уровне. Меня просто бесит узурпация BTC термина «валюта», поскольку эта химера к «универсальному эквиваленту стоимости других товаров или услуг» (=деньгам!) не имеет ни малейшего отношения. Биткойн — это спекулятивный пузырь, причем в отличие от классических финансовых пузырей не обладающий ни малейшим намеком на внутреннюю стоимость за исключением разве что одного: суггестированной претензии на востребованность человечеством.

Я не случайно помянул сейчас суггестию, поскольку никакой востребованности BTC тоже нет и в помине, а есть зомбированное сознание компьютерных гиков, которые истерически пытаются убедить себя и окружающих (себе подобных индивидуумов) в том, что биткойн — это круто, это нужно, это перспективно и это ценно. Ничего этого нет, есть только воздух в пузыре.

Наконец, последний момент, который мы не станем детально разбирать при первом приближении к теме — это критику биткойна с позиции экономической науки. Дело не столько в том, что нет сейчас на эту критику времени, а в том, что претензии биткойна на статус валюты (повторю еще раз для лучшей усвояемости: на «универсальный эквивалент стоимости других товаров или услуг») с точки зрения теории денег просто абсурдны и находятся за гранью любой критики.

Мое глубокое убеждение (помимо аксиомы финансового пузыря): биткойн — это продукт криптоанархии, демонстрирующей незаурядные програмерские и математические способности при одновременном вопиющем невежестве в экономике, финансах и теории денег (о криптоанархическом и шифропанковском происхождении BTC мы также поговорим на страницах «Бизнес Журнала»).

Сейчас уместно будет лишь сказать, что стоимость денег определяется двумя ключевыми факторами: мерой осмысленности транзакций (тех, что только и учитываются в формулах для выведения денежной стоимости в зависимости от скорости обращения, количества и суммы сделок) и инверсией относительно товарной цены.

Ни тот, ни другой фактор к биткойнам не применим, поскольку подавляющее число транзакций, в которые вовлечены BTC с момента своего рождения и по настоящее время, напрочь лишены экономического смысла (они аналогичны ситуации, когда две обезьяны передают друг другу из лапы в лапы банан и финик: тебе банан — мне финик, потом — обратно, и так до бесконечности), а обратная зависимость стоимости BTC от цены товара вообще не выявляется, поскольку BTC в полноценном ценовом обмене никак не участвует (если только не считать таковыми рекламно-демонстративные громогласные заявления о том, как тот или иной магазин или организация вроде EFF выражают готовность принимать в оплату биткойны — жесты, более напоминающие (само)пожертвования, чем экономическую деятельность).

Собственно, мы теперь и подошли к единственному аргументу, который я полагаю уместным для критики BTC в самом первом приближении: к психологической ущербности всей концепции «криптовалюты».

Считается, что децентрализация денежной единицы, отсутствие посредников и анонимность являются главными достоинствами BTC, которые, якобы, и обеспечат этой химере светлое будущее. Проблема, однако, в том, что эти факторы являются благом лишь в воспаленном длительными вигилиями перед монитором мозгу компьютерного гика.

Для любого нормального человека, проживающего в реаллайфе, а в не в виртуальной реальности, децентрализация, отсутствие эмиссионного центра/посредников и анонимность «универсального средства обмена» — это не благо, а самый страшный кошмар, который только можно себе представить! Кому нужны деньги, технический смысл генерации которых в ближайшие 100 лет останется непроницаемым мороком для 99 % населения планеты?! Как «мыть» золото и плавить серебро можно объяснить на пальцах даже ребенку. Пойдите объясните то же самое про майнинг биткойнов!

Кому нужны деньги, которые сегодня стоят 2 доллара, завтра 101, а послезавтра 0,0005?! Какое, к черту, это вообще «универсальное средство обмена»? Это биржевой спекулятивный актив, единственное отличие которое от классического биржевого актива — в полном отсутствии всякой внутренней стоимости (кроме, разве что, заговора китайских и японских хакеров, которые этот бред в 2009 году придумали

.

Психология денег (валюты, универсального, общепринятого, признанного средства обмена) зиждется на четырех столпах:

- осязаемость

- понятность

- осмысленность

универсальное признание

Биткойн не осязаем, не понятен (подавляющему числу участников обмена товаров и услуг в мире), не осмысленен и далек от универсальности как от луны. Поэтому BTC — не валюта, а вредоносная химера, которую необходимо как можно скорее ликвидировать. Если, конечно, государства мира хоть как-то интересует сохранение сбережения честных граждан.

P.S. Я тут много насмотрелся и наслушался бредней про привлекательность BTC в плане биржевых спекуляций. Эту привлекательность я нахожу еще большим бредом, чем претензии биткойна на статус «валюты». Не буду сейчас тратить время на перечисление длиннющего списка противопоказаний для использования BTC в качестве инструмента даже для самых рисковых спекуляций. Достаточно будет сказать, что доходность, которой так кичатся гики — тот самым трехмесячный спурт от 13 до 101 доллара за BTC — это жалкий лепет на фоне доходности на любом деривативе, не говоря уж о форексе. Восьмикратный рост первоначальной инвестиции — это норма одного удачного опционного трейда с недельным трейдинговым горизонтом (в смысле, что купили в понедельник колл за 1 доллар, а в пятницу его продали за 8).

Разница только в том, что под опционным (и даже фьючерсно-валютным) трейдингом лежит хоть какая-то материальная реальность, тогда как под биткойном нет ничего кроме истерических страхов перед кризисом сложившейся мировой финансовой системы.