Профессиональная мыльница (Casio EX-P600)

Автор: Евгений Козловский
Опубликовано в журнале "Компьютерра" №35 от 21 сентября 2004 года.

Стоп-стоп-стоп! Клянусь — никаких поползновений принизить вещицу, — напротив, она мне очень понравилась. Просто попытка ее классифицировать. А в том, что в слове «мыльница» применительно к фотоаппарату звучит эдакий презрительный оттенок, — видит бог, я не виноват. То есть, возможно, и я свою лепту внес, — но в уже сделанную языком классификацию. Слово «мыльница» в фотографическом контексте придумал, полагаю, вовсе не фотограф-профессионал, а какой-нибудь сноб-любитель, считающий себя крутым и лелеющий свой «Зенит» и два купленных к нему объектива «Юпитер», коими за всю жизнь не сделал и пары снимков, сравнимых со снимками, которые профессионал легко сделает и с помощью «мыльницы».

Когда я взял в руки первую, еще пленочную, японскую «мыльницу», я был просто потрясен ее возможностями по сравнению с тогдашними доступными отечественными зеркалками или дальномерками: «Зенитами» да «Зоркими». Однако повод для некоторой иронии, которая, хочешь не хочешь, со всеми оговорками, а в заголовке все же звучит, дали сами производители, прибавив — по всеобщей моде (у нас ведь сейчас практически всё — Pro, начиная с Windows XP) — к названию своей камеры буковку «P», обозначающую «Pro»: ну не могу я себе представить фотографа-профессионала, работающего репортером ли, портретистом, студийным художником, шпионом или даже фиксирующего действительность для науки, который выбрал бы для своих трудов аппарат этого класса. Разве что какого-нибудь полицейского фотографа, коему важно только, чтобы всё было видно-разборчиво. Но думаю (не специалист, так что точно не знаю), специфика и его работы вполне может быть поддержана специальными возможностями специального аппарата. С другой стороны, не могу себе представить и чтобы любой из таких подлинно профессиональных аппаратов стоил бы меньше шестисот баксов, как стоит EX-P600.

То есть на самом деле мы имеем типичную «мыльницу» для курортно-круизно-празднично-дневниковых снимков, превосходно работающую в режиме «я снял, дурак!» — однако «мыльницу», и человеку понимающему предоставляющую массу возможностей. Ну, например, профессиональный фотограф, отправляющийся в отпуск, где намерен отдохнуть от своей крутейшей аппаратуры и психологически, и физически (ибо она, как правило, немало весит), вполне может положить в боковой карман куртки эту самую камерку, чтобы при случае запечатлеть что-нибудь «на память», для, так сказать, семейного фотоальбома. Это с одной стороны. А с другой — обладающую и несколькими забавными примочками, прямого отношения к фотографированию не имеющими, однако способными радовать. К примеру, с помощью EX-P600 можно проводить лотерею, что и было продемонстрировано на одной из презентаций фирмы Casio: снимаются крупным планом билетики с номерами, а потом запускается «электронный барабан». Снимки в случайной последовательности мелькают на экране, и, наконец, после замедления мелькания один фиксируется. Вот этот номер и выигрывает. (Мне достались наручные часы от, естественно, Casio.)

К не чисто фотографическим способностям можно отнести и съемку звукового видео (MJPEG, 320х240), и мультимедийную заставку при включении, и, что забавнее, — собственную при выключении, статическую или динамическую (нужно только назвать выбранный вами для выключательной заставки jpg- или avi-файл и назвать его ending), и, наконец, такие сервисные возможности, как, скажем, съемка двойного портрета, когда никого третьего нет рядом (сначала вы снимаете подружку на левую часть кадра, а правая остается эдаким полупрозрачным контуром; потом подружка помещает вас в правую, стараясь совместить картинку фона; и если совмещает хорошо, шва потом и на компьютере не заметить), или задание фона для собственного портрета, который по вашей просьбе сделает случайно подвернувшийся коллега-турист (тоже — полупрозрачный кадр, задающий композицию, в который вы войдете, а коллеге-туристу останется лишь совместить видимое с полупрозрачно зафиксированным и нажать на спуск).

Чисто фотографические же возможности у EX-P600 достаточно мощны: четырехкратный оптический зум от Canon (33–132 мм в пересчете на 35-мм пленку), позволяющий навернуть на себя широкоугольную, теле- или макронасадку; шестимегапиксельная матрица с чувствительностью от 50 до 400 ISO; выдержки от минуты до 1/2000 секунды плюс, разумеется, BULB; при больших выдержках автоматически включается фильтр шумов; достаточно быстрая (не хуже, чем у моего Olympus’а E-20 или у D300-го Canon’а) автофокусировка, производящаяся как стандартно — по контрасту, — так и с помощью локатора (фазодетектора), причем можно выбрать центр или одну из семи точек; ручной фокус и установка белого баланса по листу (при добром десятке предустановок); потрясающе разнообразный брекетинг: и по экспозиции, и по балансу белого, и по уровню резкости или цветонасыщенности/контрастности, к тому же их можно комбинировать в одной серии; и разные варианты серийной съемки; и, наконец, разные режимы автоспуска и дистанционное управление. То есть, если разбираться, у моего E-20 или у додвухтысячедолларовых зеркалок ничего особо добавочного и нет. Ну, разве что EX-P600 не позволяет скидывать на компьютер сырье с матрицы, RAW’ы (которыми, впрочем, почти никто и не пользуется), — зато позволяет получать TIFF’ы.

Относительно же, так сказать, эргономики, — она, конечно, уступает эргономике профессиональных зеркалок или того же E-20, где управление буквально всеми нужными при съемке параметрами вынесено в виде кнопок под руку (оборотная сторона медали миниатюрности: на компактном EX-P600 все кнопки просто не уместились бы), — однако для удобства сделано очень многое. Начиная с возможности назначить джойстику практически любой из оперативных параметров (у меня, например, стоит чувствительность матрицы), через кнопочку EX, когда на экран выводится управление балансом белого, чувствительностью, способом замера экспозиции и автофокуса, и заканчивая видоискателем EX Finder, который, при вызове его, накладывается на экран (кстати заметим, большой: два дюйма по диагонали, — и яркий) и графически информирует фотографа почти обо всех важных параметрах снимка — от фокусного расстояния и глубины резкости до величины экспокоррекции, диафрагмы и выдержки. Но главное, пожалуй, — притаившаяся в нижнем левом уголке EX Finder’а гистограмма (общая плюс отдельно по каждому цветовому каналу), которая отзывается на изменение кадра, — то есть с ее помощью можно не как у Olympus’а — констатировать качество уже сделанного кадра, а корректировать его еще до съемки.

Больше всего меня, пожалуй, покорила возможность видеть результаты настройки будущего снимка прямо на экранчике: как, например, меняется цвет стены по мере автоматической подстройки баланса белого или как прыгает глубина резкости от полунажатия спусковой кнопки при до упора прикрытой диафрагме (полная аналогия репетира диафрагмы в зеркалках).

Еще одно удобство: возможность вызывать на экранчик видоискателя сетку, делящую его на девять прямоугольников; когда камера маленькая (не раз с огорчением проверял на себе), трудно бывает, особенно на солнце, удержать горизонт, — а тут на тебе: подпорки! И еще одно: конечно, большинство цифровых камер позволяют увеличивать снимки при просмотре, но обычно это занятие долгое и многоступенчатое. У EX же P600 можно одной кнопкой вызвать максимальное увеличение центра снимка для быстрой оценки качества фокусировки. Очень удобно!

Несколько огорчает, что нет горячего башмака для TTL-вспышки, но это понятно: специальная внешняя вспышка и «мыльница» (даже Pro) — это все-таки «две вещи несовместные». Так что спасибо и за синхроконтакт, с помощью которого (и выносной вспышки), если очень уж приспичит, можно делать вполне приличные снимки и в полутьме, — хоть повозиться и придется.

Качество же картинок (при самом пристальном рассмотрении в PhotoShop’е) — отменное, ничуть не хуже, чем у тех же Canon, Olympus или T1 от Sony.

Понимаю, что найдутся читатели, которые попеняют мне за то, что какие-то из возможностей EX-P600 я описывал со вкусом, словно они — уникальны, хотя то же самое есть у вот той камеры и у той; а то — у этой и у этой. Но дело в том, что сейчас появилась такая уйма цифровых фотоаппаратов, что испытать их все просто физически невозможно. Поэтому я как бы случайно выхватываю из необозримого массива то одну модель, то другую. «Как бы случайно», — это потому, что я не запускаю «барабан» и не жду его остановки, а пользуюсь, что ли, барабаном судьбы: из разных предложений выбираю модель, которая чем-то меня да зацепляет. Например, T1 подкупила возможностями «цифровой лупы» и спрятанным в тончайший корпус оптическим зумом. А Casio — тем, что именно эта фирма выкинула много лет назад на широкий рынок первый цифровой фотоаппарат для народа, QV-10, чем, можно сказать, и открыла нынешнюю эру цифрового фото. Едва ли не по этой же причине я, для подарка жене, выбрал в свое время камеру тоже от Casio и недавно, в Крыму, на своей шкуре испытал последствия выбора: мой Olympus в середине путешествия отказал (думаю, внутренний счетчик просто-напросто отключил затвор, ибо в Olympus’е полагают, что любитель может сделать только N снимков, — хотя никому об этом и не говорят), и я заканчивал крымскую фотосессию с помощью QV-R3 супруги. Увы, столкнувшись и с медленным (а главное, порою не на том, на чем я хотел, останавливающемся) автофокусом, и с «проблемами горизонта», и с невозможностью сделать качественный ночной снимок, я за Casio огорчился. О чем при первом удобном случае (на той самой презентации, — где, кстати, показывали очень тоненький Exilim — EX-S100 с первым в мире керамическим объективом, — но об этом, возможно, речь пойдет отдельно) представителям фирмы попенял. «Да, признаем, QV-R3 — не самая удачная наша модель, — ответили мне. — А вот вы попробуйте EX-P600!»

Что ж, попробовал. Удовлетворила.